СОЦИАЛЬНОЕ МЫШЛЕНИЕ: ИНТУИЦИЯ И ПАМЯТЬ

Каждое наше переживание, впечатление или движение не исчезает бесследно. На долгое время сохраняется возможность использовать прошлый опыт, оперируя им в нашем сознании, используя его в деятельности или делая недоступным для сознания. Это свойство получило название памяти.

Память — психическое отражение прошлого опыта, обеспечивающее его повторное использование субъектом или исключение из его деятельности и сознания.

Чаще всего понятие о памяти создается на основе знакомства с процессами памяти. Процессы памяти — это запоминание, сохранение, узнавание, воспроизведение, забывание. В повседневной жизни мы часто пользуемся этими словами, они достаточно правильно отражают суть исходных научных понятий.

Запоминание— предпосылка сохранения, процесс, обеспечивающий возможность повторного использования опыта в деятельности, процесс накопления опыта.

Сохранение – процесс активной обработки, систематизации, обобщения и овладения материалом, освоенным при запоминании. Воспроизведение и узнавание — процессы восстановления прошлого опыта в форме, необходимой для деятельности. Различие этих процессов заключается в том, что узнавание происходит при повторной встрече с объектом или его аналогом, а воспроизведение — в отсутствии объекта.

Забывание – процесс исключения или выпадения прошлого опыта из деятельности или сознания. Исключение означает специально предпринятое забывание, а выпадение является непреднамеренным. Иногда нам совсем не хочется вспоминать о чем-либо или о ком-либо, но, несмотря на все наши усилия, это сделать не удается. Забыванию тоже нужно учиться.

Все процессы памяти характеризуются большей или меньшей точностью отражения, существеннейшим образом зависящей от уровня развития способностей, мотивации, активных действий субъекта, знания закономерностей памяти.

Память содержит не только индивидуальную, онтогенетическую, приобретенную после рождения человека информацию, но также информацию видовую, генетическую, накопленную предками и закрепленную в безусловных рефлексах и инстинктах, строении нервной системы. Соответственно различают видовую и индивидуальную память.

Проявления памяти чрезвычайно многогранны. П.И. Зинченко предложил классификацию, в которой выделены три основных группы видов памяти:

  • по характеру психической активности, преобладающей в деятельности,
  • по характеру целей деятельности,
  • по продолжительности сохранения и характеру использования информации.

    По характеру психической активности, преобладающей в деятельности, различают: двигательную, эмоциональную, образную и словесно-логическую память.

    Двигательная память связана с различными движениями человека, их координацией, системами движений. В спорте двигательная память во многом предопределяет успех технической подготовки.

    Образная память на образы различных модальностей и межмодального восприятия. Здесь различают зрительную, слуховую, осязательную, обонятельную, вкусовую память и различные их сочетания.

    Эмоциональная память — способствует сохранению пережитых чувств и эмоций. Как правило, чувства сохраняются в памяти совместно с обстановкой или ситуацией, в которой они возникли. В спорте эмоциональная память — весьма значимый фактор управления психикой.

    Словесно-логическая память, связанная со словом, специфически человеческий вид памяти, значение которого трудно переоценить, поскольку мы не только пользуемся речью для обозначения предметов и событий, не только для наглядных письменных форм. Большинство наших знаний мы получаем в словесной форме, мышление немыслимо без словесного закрепления.

    В словесно-логической памяти выделяют логическую и механическую память. Первая связана с запоминанием причинно-следственных связей словесной информации, вторая — с возможностью запоминания текстов, сложных для логической организации.

    По характеру целей деятельности различают непроизвольную и произвольную память.

    Непроизвольная память подразумевает непреднамеренное ее использование, не сопровождающееся постановкой осознаваемых целей. Она обычно характеризуется неточностью, сложностью воспроизведения. В большей степени непроизвольное запоминание предопределяется, как и непроизвольное внимание, свойствами объектов.

    Известны случаи т.н. эйдетической памяти, когда человек до мельчайших подробностей запоминает картины жизни, события и в состоянии воспроизвести их через много лет.

    Произвольная память имеет отчетливый целевой характер, человек при этом осуществляет специальную деятельность, названную мнеминеской (по. имени греческой богини памяти Мнемозины). Это также сугубо человеческий вид памяти. В значительной степени использование данного типа памяти зависит от мотива использования памяти в деятельности, а также от того, что делает субъект для запоминания материала. Плохая произвольная память лишь у лиц со слабо выраженными интересами и ленивых.

    По продолжительности сохранения и характеру использования информации различают: кратковременную, долговременную и оперативную память.

    Кратковременная память подразумевает только образование предпосылок для длительного сохранения информации. Если не предпринять действий по ее упрочению, то через 10—15 минут следы события в значительной степени теряются. Для упрочения следов кратковременной памяти необходим промежуток времени 30—45 минут, в течение которого информация должна быть объектом внимания и сознания человека. Этот промежуток времени получил название периода консолидации следов памяти.

    Долговременная память предполагает длительное сохранение следов прошлого опыта, которые не исчезают при побочных, посторонних воздействиях. Прежде чем стать достоянием долговременной памяти, информация должна пройти период консолидации. Степень сохранности информации в долговременной памяти зависит от многих факторов, среди которых наиболее существенными являются: частота использования сохраняемой информации, включение этой информации (материала) в разные сферы деятельности человека, общий объем информации, получаемой данным человеком до и после этого материала.

    Оперативная память может быть как кратковременной, так и долговременной. Ее особенность — обеспечение постоянной готовности к использованию той или иной информации по мере надобности.

    Мышление — процесс познания реального мира на основе опосредованного и обобщенного отражения действительности, форма творческой активности человека.

    Мышление, в отличие от чувственного познания, от представлений, базирующихся на ощущениях и восприятии, позволяет обнаруживать внутренние, скрытые от непосредственного наблюдения, содержательные, сущностные, смысловые стороны предметов и явлений. Мы не видим рентгеновских лучей, но знаем об их пользе и вреде, мы не слышим «разговор» дельфинов, но сумели расшифровать многие их сигналы, мы можем предсказывать погоду, извержения вулканов, развитие многих и многих других явлений природы. Там, где человек не видит и не слышит, он сумел создать всевозможные приборы, во много раз расширяющие его познавательные возможности на основе обычных представлений, но сделаны эти приборы на основе познания законов природы и техники, на основе мышления.

    Мыслит не мышление, а человек. Мыслит живой, конкретный человек, а не некий процесс. Человек обладает запасом определенных знаний, многообразными чувствами, интересами, желаниями. К тому же у каждого человека есть индивидуальные особенности: возрастные, профессиональные, личностные.

    Развитие мышления как психического процесса теснейшим образом связано с культурно-историческим совершенствованием деятельности человека. В результате использования примитивных орудий труда происходило «включение» мышления в состав его продуктов, повышался спрос на «умные вещи», вещи, помогающие облегчить труд, повысить его производительность. Со временем появились профессии, основной задачей которых было мышление (философы, математики, ученые разных специальностей). Это не означало, что в остальных профессиях роль мышления снизилась. Напротив, год от года, век от века в каждый продукт деятельности человека вкладывалось все больше и больше мыслей, продуктов мыслительной деятельности людей.

    Как и любая другая деятельность, деятельность мыслительная (или интеллектуальная) определяется мотивами. В качестве мотивов могут выступать: овладение знаниями, стремление превзойти других, карьеристские устремления, материальные блага, реализация способностей, честолюбие и т.п. Активность мыслительной деятельности находится в прямой зависимости от уровня значимости предложенного решения задачи как для отдельного человека, так и для коллектива мыслителей.

    Мышление, особенно мышление творческое, связано с определенной структурой, с рядом последовательных интеллектуальных действий, направленных на постановку и решение проблемы.

    Психологи исходят из того, что для возникновения мышления обязательным условием является особая, проблемная, ситуация.

    Проблемная ситуация характеризуется наличием неизвестного в известном. Если известного больше, чем неизвестного, то проблемная ситуация приводит к мышлению. Если преобладает неизвестное, то попытка ее разрешения реализует возможности фантазирования, воображения.

    Проблемная ситуация характеризуется также наличием мотива, делающего задачу важной (актуальной) для человека именно в данный момент. При этом у человека нет готового (врожденного или привычного) решения. Далее следует не менее важный этап, который не сводится к производству соответствующих действий, а, напротив, к задержке импульсивно возникающих реакций, к ориентировке в условиях задачи, к анализу этих условий.

    Если в результате анализа условия представляются человеку знакомыми, он обращается к известному способу решения задачи, реализует этот способы контролирует правильность решения.

    Если анализ условий задачи не выводит человека на известный способ ее решения, то он обращается к поиску нового пути ее решения, включая и путь интуитивный (догадку). Интуитивное решение предполагает получение результата в готовом виде, минуя процедуру реализации найденного способа (поскольку этот способ решения пока не найден, но имеется результат, найдены данные, соответствующее условиям задачи). Впоследствии эти данные могут облегчить (хотя это совсем не обязательно) поиск аргументированного, доказательного пути ее решения. Науке известны решения (например, теорема Ферма), которые действительны для всех значений, подвергавшихся проверке, но не известен способ ее доказательства в общем виде.

    В психологии существуют два основных подхода к классификации видов мышления.

    Первый из них основан на выделении того материала, которым оперирует человек в том или ином интеллектуальном акте. В соответствии с этим различают три вида мышления:

  • наглядно-действенное,
  • наглядно-образное,
  • понятийное (абстрактное).

    Второй подход базируется на особом подчеркивании процессуальной стороны решения проблем. Здесь выделяют два вида мышления:

  • дискурсивное (рассудочное),
  • интуитивное (путем догадки).

    Наглядно-действенное мышление означает оперирование в мыслительной деятельности теми предметами, относительно которых и возникла проблема. Например, уложить игрушки в ящик, если попытка с первого раза не удалась, или использовать стул, чтобы достать какой-либо предмет. В большей мере это мышление свойственно дошкольникам, хотя во многих инженерных и конструкторских решениях реализованы возможности наглядно-действенного мышления.

    Наглядно-образное мышление предполагает оперирование не конкретными предметами, их образами. Например, решить арифметическую задачу, связанную с движением поездов, или догадаться, что лежит в коробке, не открывая ее. Это мышление в большей мере свойственно младшим школьникам, но оно представляет значительную ценность в литературном, художественном, музыкальном творчестве, в спортивной деятельности.

    Понятийное (абстрактное) мышление — это оперирование мыслительными понятиями. Это особый вид ума: ум-теоретик. У школьников он формируется, как правило, в подростковом возрасте, затем совершенствуется в течение всей жизни.

    Дискурсивное мышление особенно широко представлено в логических умозаключениях, когда предыдущий вывод предопределяет последующий и всю цепочку умственных действий. Здесь человек с помощью мышления исследует все возможные пути решения задачи и в самом начале знает, что, в конечном счете, эта задача будет решена. Стоит только хорошо все продумать и поработать.

    Интуитивное мышление предполагает быстрое, иногда моментальное, решение задачи путем догадки, эвристического действия, усмотрения нужного ответа при анализе условий задачи. Это такие мыслительные действия по решению задачи, в которых из многих путей выбирается один, который кажется наиболее подходящим, наиболее вероятно ведущим к решению задачи. Речь идет не о некотором мистическом познании истины, а о богатстве прошлого опыта, об использовании неосознаваемых мотивов. Этим способом мышления нередко пользуются школьники, которые, прежде чем приступят к решению математических задач, предпочитают заглянуть в раздел «Ответы». Интуитивное мышление представляется ценным для творческой деятельности, где в сочетании с критичностью ума оно способствует выдвижению гипотез и обоснованию оригинальных решений.

    Следует сказать, что предпринятое выделение видов мыслительной деятельности весьма условно, условно также и обозначение возрастных особенностей мышления. Вероятнее всего, мы можем говорить лишь о некотором преобладании какого-либо вида мышления в том или ином возрасте или в решении той или иной задачи. Другой типичной ошибкой бывает «возвеличивание» понятийного мышления относительно наглядно-образного или наглядно-действенного. Не следует забывать, что многие конструкторы сложнейших машин обращаются к моделированию, прежде чем окончательно создадут чертежи этих машин. Многие произведения живописи, музыки обладают особой прелестью образности и наглядного воплощения самых высоких понятийных, абстрактных ценностей.

    В последнее время психологи все чаще обращаются к проблеме практического и теоретического интеллекта. При этом имеется в виду конечная направленность, а не оперирование практическими или теоретическими объектами. В спортивной деятельности также немало примеров, когда тренеры-практики добиваются не меньших успехов в подготовке спортсменов, чем их коллеги с высокой теоретической подготовкой. Это не означает, что они не обладают аналогичными сведениями, но они умеют, полагаясь на интуицию, выбирать эффективные методы и применять их, учитывая индивидуальные особенности спортсменов.

    Интуиция тоже имеет важное значение для творчества. Есть даже такой термин, как «научное предвидение». Однако в целом это понятие значительно шире. Можно говорить, например, и о житейской интуиции, умении распознавать характер людей уже на начальном этапе знакомства, прогнозировать дальнейшее развитие отношений в коллективе и т.д. Интуиция как правило предполагает невозможность своего обоснования с точки зрения каких-то конкретных рациональных аргументов, иначе речь идет уже не об интуиции, а о научном прогнозе.

    Существуют три этапа абстрактно-логического познания, оперирующих разными по сложностями категориями мышления – это понятия, суждения, и умозаключения. Способность к интуиции появляется только на этапе умозаключений, то есть наиболее сложной ступени. Интуиция — это способность к предвидению. Иначе говоря, интуиция — это способность сопоставлять текущую информацию о конкретной ситуации с теми знаниями, которые были накоплены в процессе предыдущего жизненного опыта, и на этой основе — делать логический вывод о том, как будут развиваться события в дальнейшем. Наличие богатого жизненного опыта и способность к логическому мышлению — два принципиально важных атрибута интуиции. Интуиция присуща только человеку с его способностью к абстрактному мышлению, которое предполагает умение мыслить обобщенными категориями. У животных условным эквивалентом человеческой интуиции могут являться врожденные формы поведения, то есть инстинкты.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    2. ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ КАК МОДЕЛЬ СОЦИАЛЬНОГО МИРА

     

    Совокупность общепринятых, часто неосознанных способов объяснения и оценки наблюдаемых явлений внешнего и внутреннего мира. Здравый смысл суммирует значимые, необходимые каждому человеку в его повседневной жизни, фрагменты исторически доступного опыта. Наряду с информацией о природе и общественных отношениях весьма значительную роль в здравом смысле играют представления, касающиеся межличностных взаимодействий. В естественном языке, выражающем содержание здравого смысла, имеются тысячи слов, обозначающих черты личности, психические состояния человека, мотивы его поведения и т. д. Для современной психологии характерен закономерный интерес к здравому смыслу, его содержанию и механизмам, в частности, в таких областях социально-психологических исследований, как теория атрибуции, имплицитная теория личности, изучение социальных стереотипов и т. д. Психологическая наука использует позитивные элементы общечеловеческого опыта и вместе с тем подвергает критическому анализу обыденные, стихийно складывающиеся представления о личности человека и его поведении.

    Идеально-культурная модель мира не признает девиации как самостоятельную социальную сущность, не признает их «легальности», а просто оценивает их негативно (как бескультурье, цинизм и т.п.), в то время как социальный опыт взрослого нормального индивида обнаруживает неисполнимость ряда норм культурного идеала, это «закулисная» сторона жизни – со своими нормами поведения. Этот полюс социальной реальности и обслуживает «здравый смысл»; в нем смягчение идеально-культурной нормативной напряженности нормально: взрослеющий индивид постепенно узнает диапазон ситуаций, в которых исполнение норм идеала 1)или вовсе необязательно, 2)или разрешены слабо караемые отклонения от них; 3) или разрешена двойственность — отклонение в поведении, но показное соблюдение в речи (вообще количество вариантов различного нормирования поступка, мотива, осознания и речи – множество). То, что здесь именуется «разрешением» – это, конечно, не фиксируемая официально легальность отклонений, а стихийный выбор взрослым индивидом поведения прежде всего в неофициальных ситуациях, а также «чтение» им скрытого значения поступков и в официальной сфере. Эту систему распознавания ситуаций и выбора поведения в них мы и называем «здравым смыслом» (обычно он не пользуется высоким престижем в интеллигентской среде, а в научной – считается синонимом ненаучности). Но это вытеснение здравого смысла происходит только на официальной территории, и предпринимаемое здесь некое «возвращение» к нему было бы совершенно нелепой и иррациональной затеей, если бы ежедневная практика не свидетельствовала бы о том, что в зоне сниженной официальности почти все социальные ученые ведут себя как взрослые нормальные современники, т.е. вполне здравосмысловым образом, когда те же темы, о которых только что говорилось в официальной ситуации высоким стилем, обсуждаются в «заниженном» ключе.

    Попробуем придать бóльшую определенность этой достаточно размытой категории; не определяя ее четко, исследователи обычно рассуждают о месте здравого смысла в структуре обыденного сознания, его отношениях с философией и наукой. В контексте обсуждаемой здесь проблематики, т.е. в рамках социальных отношений, здравосмысловую модель мира можно определить как сложившийся в массовой психике стихийный опыт социализации, устойчивое ядро которого составляют стандарты (стереотипы) поведения в основных повторяющихся ситуациях жизни с такими базовыми «само собой разумеющимися» онтологическими и антропологическими «предпосылками» (они осознаются только в момент семантического конфликта):

    а) для любых условий существования оправдано выживание любой ценой, средства приспособления лишены моральной оценки (в то время, как в ряде философских моделей мира, относящихся к культурно-идеальным, отвергается выживание неблаговидными средствами);

    б) нормальные взрослые люди признаются одинаковыми в том смысле, что им приписываются те же мотивы поведения, что и себе ( содержание мотивов вытекает из постулата «а», иначе говоря, естественной полагается своекорыстность интересов и мотивов);

    в) подразумевается непререкаемая зависимость поведения, переживания и самооценки каждого от группы, массы, точка зрения которых является критерием нормальности («быть как все» и т.п.). Не вдаваясь здесь специально в эту проблематику, можно перечислить и более обобщенные основания названных выше презумпций:

    1) человеческая жизнь – само собой разумеющаяся, необсуждаемая ценность;

    2) взрослым нормальным современникам «автоматически» приписывается рациональность поведения (т.е. из возможных альтернатив поведения индивид выбирает такое, которое ведет к результату, максимально им предпочитаемому);

    3) в процессах общения исполняется стереотипный (неосознаваемый) набор признаков контролируемости индивидом своего поведения и т.д.

    Из этих базовых постулатов для каждой конкретной ситуации выводится здравосмысловой критерий рациональности поведения, т.е. применение постулата своекорыстности другого человека, учет которой часто оказывается условием успеха социального взаимодействия, а неучет – признаком социальной незрелости и наивности. Клишированная здравосмысловая нормальность не соглашается признать необычный мотив поступка, поскольку эта модель мира является обобщением рутинности ежедневного существования. Нормы здравого смысла воспринимаются как единственно истинные, естественные, воплощающие необходимую и достаточную базовую мотивацию для выживания. В случае внезапной нестандартности, резкой смены социальных условий, когда в арсенале кода здравого смысла вдруг не оказывается рецепта адекватного поступка, происходит психологический конфликт, растерянность, поиск коллективных или массовых средств решения. Постепенно код распознавания ситуаций расширяется и дело сводится к уже известному стереотипу.

    Не вдаваясь в сложную проблематику соотношения названных моделей мира в мировосприятии интеллигента, отметим существенное для данного случая: если для здравого смысла его картина мира является «самоочевидной», т.е. достоверной в конечной инстанции, то с точки зрения идеально-культурной модели эта очевидность рассматривается как поверхностное видение социальной реальности, а «глубинным текстом» или подлинной реальностью является именно точка зрения на мир идеала культуры. И наоборот: представление социального мира по идеально-культурной модели с точки зрения здравого смысла нереалистично, наивно или фасадно, в каждой конкретной жизненной ситуации и поступке отыскивается неявный подтекст здравосмысловых мотивов.

    Так, в ситуации учреждения социальной науки у некоторых работников то и дело возникает потребность мотивировать само занятие в критериях здравого смысла («за что нам платят?»); наряду с подавляемыми сомнениями на этот счет возникают «рационализации»: «не все могут писать статьи» и т.п. оправдания случайностей попадания в науку. Иногда пользуются иронией вместо ответа. Во всяком случае, самая большая редкость – это мотивация в каноне культурной модели мира, т.е. ссылаясь на любознательность или интересы развития науки.

    Особо следует подчеркнуть, что перечисленные выше постулаты обеих моделей мира являются, разумеется, теоретическими абстракциями, которые «в чистом виде» не присутствуют в конкретной человеческой психике; там здравосмысловые мотивы сложнейшим образом переплетаются с моральными; это однако самостоятельная тема для обсуждения.

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

     

  1. Андреева Г.М. Социальная психология. М., 2003.
  2. Андриенко Е.В. Социальная психология / Под ред. В.А. Сластенина. М., 2002.
  3. Еникеев М.И. Общая и социальная психология. М., 2002.
  4. Социальная психология / Под ред. А.Н. Сухова, А.А. Деркача. М., 2005.
  5. Шибутани Т. Социальная психология. Ростов-на-Дону, 1999.

Комментирование закрыто.

Вверх страницы
Statistical data collected by Statpress SEOlution (blogcraft).
->