ДЕЯТЕЛЬНОСТНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЛИЧНОСТИ В ТЕОРИИ А.Н. ЛЕОНТЬЕВА

Актуальность темы исследования. Теория деятельности, рассматривающая личность в контексте порождения, функционирования и структуры психического отражения в процессах деятельности, разработана во второй половине XX в. в трудах Леонтьева.

Предмет рассмотрения в теории деятельности – целостная деятельность субъекта как органическая система во всех ее формах и видах. Исходным методом изучения психики выступает анализ преобразований психического отражения в деятельности, исследуемой в ее филогенетическом, историческом, онтогенетическом и функциональном аспектах.

Генетически исходной является внешняя, предметная, чувственно-практическая деятельность, от которой производны все виды внутренней психической деятельности индивид, сознания. Обе эти формы имеют общественно-историческое происхождение и принципиально общее строение. Конституирующей характеристикой деятельности является предметность. Первоначально деятельность детерминируется предметом, а затем она опосредуется и регулируется его образом как своим субъективным продуктом.

Цель исследования – исследовать сущность и содержание ведущей деятельности в теории А.Н. Леонтьева.

Объект исследования – деятельность личности.

Задача исследования – выявление сущности и содержание ведущей деятельности в теории А.Н. Леонтьева.

 

Теоретической базой исследования являются работы таких авторов как Абульханова- Славская К. А., Ассев В. Г., Гиппенрейтер Ю. Б., Горбатенко А. С., Гордеева Н. Д., Запорожец А. В., Ительсон Л. Б., Климов Е. А., Ковалев А. Г., Кудрявцев Т. В., Левонтин Р. , Леонтьев А. Н., Ломов Б. Ф., Маркова А.К., Немов Я.С., Пономарев Я.А., Рогов Е.И., Рубинштейн С.Л., Столяренко Л.Д., Шадриков В.Д. и др.

Одним из основных отличий живых существ является их способность к самостоятельной силе реагирования, преобразованию или поддержке жизненно важных связей с окружающим миром, т. е. проявлению активности. Чем выше, чем более развито живое существо, тем более оно активно и подвижно. Выступая как всеобщая характеристика живого, в человеческом обществе активность имеет своеобразное проявление и в силу своей специфичности получила название деятельность [5].

Деятельность человека — сложное явление. Различные стороны ее изучаются разными науками; ее общественная сущность является предметом общественным наук, ее физиологические механизмы — предметом физиологии; психология изучает психическую сторону деятельности. Когда речь идет о психологическом изучении деятельности, обычно имеется в виду деятельность отдельной личности, хотя в последнее время под влиянием запросов практики объектом психологического исследования становится совместная или групповая деятельность.

Как подчеркивает А. Н. Леонтьев, основной, конституирующей характеристикой деятельности является ее предметность. Выражен «беспредметная деятельность», по его мнению, лишено всякого смысла. Но что тогда сказать о деятельности великих философов, мыслителе Деятельность может казаться беспредметной, но научное исследование деятельности необходимо требует открытия ее предмета. При этом предмет выступает двояко: первично — в своем независимом существовании как подчиняющий себе и преобразующий деятельность субъекта, вторично — как образ предмета, как продукт психического отражения его, свойств, которое осуществляется в результате деятельности субъекта и иначе осуществиться не может [15].

Результатом человеческой деятельности является определенный продукт. Большую часть того, что делает человек, он делает не для себя, а для окружающих его людей, для общества в целом. В свою очередь, множество других людей, членов данного общества, тем или иным образом удовлетворяют потребности каждой личности. Но даже тогда, когда человек что-то делает для себя лично, он использует в своем труде опыт других людей, применяя полученные от них знания. Поэтому можно сказать, что деятельность имеет общественный характер.

Действительно, любая индивидуальная деятельность неразрывно связана с деятельностью общества, любой индивид — с другими людьми. Индивидуальную деятельность можно рассматривать как момент, составную часть деятельности общества. Вне общественных связей и отношений индивидуальная деятельность просто не может существовать. Даже Робинзон Крузо, оказавшись на необитаемом острове, организовал свою жизнь в соответствии с теми нормами, правилами, принципами, которые сформировались у него в процессе жизни в обществе. И когда после многолетнего одиночества он встретил, наконец, человека, это заставило его немедленно воспроизвести привычное для предприимчивого англичанина распределение социальных ролей: «Прежде всего, я объявил ему, что его имя будет Пятницей, так как в этот день недели я спас ему жизнь. Затем я научил его произносить слово «господин» и дал понять, что это мое имя…» Иными словами, общество, окружающие возлагают на каждого человека определенные задачи деятельности и следят за их исполнением. Таким образом, осуществляется контроль за взаимодействием людей в соответствии с их функциями, «исполняемыми» в конкретной группе.

Понятие деятельности, по А. Н. Леонтьеву, трактуется следующим образом. В его основе лежит понятие действия, то есть процесса, предмет и мотив которого не совпадают между собой. Оба они — мотив и предмет — должны быть отображены в психике субъекта: иначе действие лишается для него своего смысла. Далее вводится понятие операции. Психологическое слияние в единое действие отдельных частных действий представляет собой превращение последних в операции. При этом то содержание, которое прежде занимало место сознаваемых целей этих частных действий, занимает в строении сложного действия структурное место условий его выполнения [15].

Другой вид операций рождается из простого приспособления действия к условиям его выполнения. Наконец, вводится понятие деятельности как действия, получившего самостоятельный мотив. В этом, и только в этом случае мы имеем дело с сознаваемым мотивом. Осознание мотива не изначально, а требует некоторого специального акта – акта отражения отношения мотива данной конкретной деятельности к мотиву деятельности более широкой. Важнейшая особенность концепции Леонтьева состоит в том, что в ней структура деятельности и структура сознания суть понятия взаимопереходящие, они связаны друг с другом в рамках одной целостной системы. То, что обычно анализ структуры деятельности предшествует анализу структуры сознания, связано с генетическим подходом. Но генетически сознание и не может пониматься иначе, чем как продукт деятельности. Функционально же их связи взаимны — деятельность и «управляема сознанием», и в то же время в известном смысле сама им управляет. Необходимо поэтому особо остановиться на проблеме связи структуры деятельности со структурой сознания [15].

Уже в своих первых работах А. Н. Леонтьев подчеркивает, что появление у деятельности дифференцированной внутренней структуры есть следствие возникновения коллективной трудовой деятельности. Оно возможно тогда, и только тогда, когда человек субъективно отражает реальную или возможную связь своих действий с достижением общего конечного результата. Это и дает возможность человеку выполнять отдельные действия, казалось бы, не эффективные, если брать их в изоляции, вне коллективной деятельности. «Таким образом, вместе с рождением действий, – пишет А. Н. Леонтьев, — этой главной «единицы» деятельности человека, возникает и основная, общественная по своей природе «единица» человеческой психики – разумный смысл для человека того, на что направлена его активность» [15]. Вместе с тем появляется и возможность обозначения, презентации самого предметного мира, реализуемая при помощи языка, в результате чего возникает сознание в собственном смысле, как отражение действительности посредством языковых значений. Генезис, развитие и функционирование сознания производны от того или иного уровня развития форм и функций деятельности: «Вместе с изменением строения деятельности человека меняется я внутреннее строение его сознания» [15]. Каким образом? Психическое отражение всегда «пристрастно». Но в нем есть то, что соотнесено с объективными связями, отношениями, взаимодействиями, что входит в общественное сознание и закреплено в языке, и то, что зависит от отношения именно данного субъекта к отраженному предмету.

Отсюда различение значения и личностного смысла, столь часто анализировавшееся разными авторами [8]. Развитие производства требует систему соподчиненных действий. В плане сознания это означает переход от сознательной цели к осознаваемому условию действия, появлению уровней осознания. Но разделение труда и производственная специализация приводят к «сдвигу мотива на цель» и превращению действия в деятельность. Создаются новые мотивы и потребности, и происходит дальнейшая качественная дифференциация осознания. Другим шагом является переход к собственно внутренним психическим процессам, возникновение теоретической фазы практической деятельности. Появляются внутренние действия, а впоследствии формирующиеся по общему закону сдвига мотивов внутренняя деятельность и внутренние операции. Но идеальная по своей форме деятельность принципиально не отделена от внешней, практической. Обе они «равно суть осмысленные и смыслообразующие процессы. В их общности и выражается целостность жизни человека» [15]. Действие внутренне связано с личностным смыслом. Что же касается сознательных операций, то они соотнесены со значениями, кристаллизующими для сознания индивида усваиваемый им общественный опыт.

Так же как и деятельность, сознание не есть простая сумма элементов, оно имеет свое собственное строение, свою внутреннюю целостность, свою логику. И если жизнь человека есть система сменяющих друг друга и сосуществующих или конфликтующих деятельностей, то сознание есть то, что их объединяет, что обеспечивает их воспроизведение, варьирование, развитие, их иерархию.

В книге «Деятельность. Сознание. Личность» эти идеи получили новое развитие. Прежде всего подчеркивается неделимый, молярный характер деятельности, поскольку это «система, имеющая свое строение, свои внутренние переходы и превращения, свое развитие», «включенная в систему отношений общества» [15]. В обществе человек попадает не просто под внешние условия, к которым он подстраивает свою деятельность, сами общественные условия несут в себе мотивы и цели его деятельности, таким образом общество создает деятельность образующих его индивидов. Первично деятельностью управляет сам предмет (предметный мир), а вторично его образ, как субъективный продукт деятельности, который несет в себе предметное содержание. Сознательный образ понимается при этом как идеальная мера, овеществляемая в деятельности; оно, человеческое сознание, существенно участвует в движении деятельности. Наряду с «сознанием-образом» вводится понятие «сознания-деятельности», а в целом сознание определяется как внутреннее движение его образующих, включенное в общее движение деятельности. Акцентируется внимание на том, что действия — не особые «отдельности» в составе деятельности; человеческая деятельность не существует иначе, как в форме действия или цепи действий. Один и тот же процесс выступает как деятельность в своем отношении к мотиву, как действие или цепь действий в своем подчинении цели [15].

Таким образом, действие не компонент и не единица деятельности: это именно ее «образующая», ее момент. Далее анализируется соотношение мотивов и целей.

Вводится понятие «мотива-цели», т. е. осознанного мотива, выступающего в роли «общей цели» (цели деятельности, а не действия), и «зоны целей», выделение которой только и зависит от мотива; выбор же конкретной цели, процесс целеобразования связывается с «апробированием целей действием» [15].

Вместе с тем вводится понятие о двух аспектах действия. «Помимо своего интенционального аспекта (что должно быть достигнуто) действие имеет и свой операционный аспект (как, каким способом это может быть достигнуто» [15].

Отсюда несколько иное определение операции — это качество действия, образующая действия. Ставится вопрос о расчленении деятельности на более дробные, чем операция, единицы. Наконец, вводится понятие личности как внутреннем моменте деятельности. Именно и только в результате иерархизации отдельных деятельностей индивида, осуществляющих его общественные по своей природе отношения к миру, он обретает особое качество — становится личностью. Новый шаг анализа состоит в том, что если при рассмотрении деятельности в качестве центрального выступало понятие действия, то в анализе личности главным становится понятие иерархических связей деятельностей, иерархии их мотивов. Связи эти, однако, никоим образом не задаются личностью как неким внедеятельностным или наддеятельностным образованием; развитие, расширение круга деятельностей само приводит к связыванию их в «узлы», а отсюда и к образованию нового уровня сознания — сознания личности. Но к числу не до конца разработанных проблем, относится, в частности, проблема мотива – само это понятие осталось у Леонтьева внутренне несогласованным, хотя оно не было противоречивым [15].

Поскольку индивидуальная деятельность есть лишь составная часть в деятельности общества, то и анализ ее должен начинаться с изучения функции этой индивидуальной деятельности в системе общественной жизни. Поэтому основное здесь — это изучение индивидуальной деятельности в системе общественных отношений, складывающихся в данном обществе, на данной ступени исторического развития.

Было бы неверно представлять себе систему общественных отношений как нечто внешнее для индивида и его деятельности или как некоторую внешнюю для конкретных индивидов силу, которой они вынуждены подчиняться. Общественные отношения существуют не вне деятельности конкретных людей. Напротив, деятельность (в том числе индивидуальная) является одной из основных форм реализации общественных отношений. Виды деятельности, существующие в данном обществе, определяются уровнем развития его производительных сил и системой сложившихся общественных отношений. В деятельности индивид выступает как общественное существо [21].

Так что же в индивидуальной деятельности интересует психологию? Говоря очень широко, объектом ее анализа является индивид как субъект деятельности. С точки зрения А.Н. Леонтьева, деятельность — это реальная связь субъекта с объектом, в которую необходимым образом включена психика. Выполняя ту или иную деятельность, индивид должен воспринимать, запоминать, думать, быть внимательным; в ее процессе у него возникают те или иные эмоции, проявляются волевые качества, формируются установки, отношения и т. д. [15].

Деятельность, при выполнении которой человек не воспринимает, не мыслит, но переживает, — такая деятельность просто не может существовать. Если у индивида нет побуждающих к деятельности мотивов, если он не имеет цели, если он не воспринимает тех предметов или моделей, с которыми или при помощи которых он действует, если он не помнит, что и как надо делать, то деятельность не состоится. Короче говоря, в деятельности формируется, развивается, проявляется так или иначе вся система процессов, состояний, свойств и новообразований индивида, которые принято обозначать как психические.

Психология как раз и берет в деятельности тот аспект, который связан с изучением различных форм, видов и уровней субъективного отражения объективной действительности действующим человеком, т. е. в первую очередь субъективный план деятельности. В исследовании деятельности психологию прежде всего интересуют мотивы, целеобразование, воля, эмоции и т. д., которые представляют собой специфические формы субъективного отражения общественных отношений. Деятельность, рассматриваемая безотносительно к субъекту, никакими психологическими характеристиками не обладает. Ими обладает только субъект деятельности [15].

Что же заставляет человека действовать определенным образом в определенном положении? Источником активности человека, как и любого живого существа, являются его потребности, т. е. состояния индивида, выражающие его зависимость от конкретных условий его существования и развития.

В отличие от представителей животного мира, удовлетворение потребностей у которых непосредственно связано с той или иной природной вещью как стимулом его активности (пища, нора, индивидуум противоположного пола и прочее), человеческие потребности являются следствием развития производства и культуры. Если потребности животных можно назвать органическими, то человеческие потребности образуются в «надорганические», опосредствованные предметной деятельностью. Даже действия маленького ребенка, который сидит: стульчике за столом, ест ложкой из тарелки, невозможно целиком вывести из одних его собственных потребностей. Ни стол, ни ложка вовсе не нужны для удовлетворения потребности в пище. Но под воздействием воспитания подобные предметы начинают выступать для ребенка как необходимое условие такого удовлетворения. Не сама потребность, как таковая, а общественно принятые способы ее удовлетворения начинают диктовать формы поведения [15].

В том, что для удовлетворения своих потребностей человек использует исторически сложившиеся в данном обществе приемы, наиболее ярко проявляется совмещение личного и общественного в потребностях. Это находит выражение также и в том, что для удовлетворения своих узколичных интересов (например, связанных с потреблением пищи) используются результаты общественного разделения труда (горожане не участвуют в процессе выращивания, сбора урожая, но пользуются сельхозпродуктами в обмен на продукцию своей деятельности). Сочетанием личного и общественного в потребностях можно объяснить тот факт, что большинство потребностей человека тесно связано с потребностями общества, коллектива, группы, к которой принадлежит. Именно поэтому потребности людей, сознательно объединенных в одну группу, обычно совпадают (в семье, классе, цеху).

Однако сама по себе потребность не порождает сознательной деятельности, а в лучшем случае может стать причиной инстинктивного или импульсивного поведения. Для возникновения целенаправленной деятельности необходимо соотнести потребность с предметом, которым можно удовлетворить данную потребность. Осознанная потребность становится мотивом поведения. Понятиям мотива и цели принадлежит в психологическом анализе деятельности важнейшее место. Немотивированной, так же как и нецеленаправленной деятельности просто не может быть. В то же время следует отметить, что цель деятельности неравнозначна ее мотиву, хотя иногда мотив и цель деятельности могут совпадать друг с другом. Мотив и цель образуют своего рода вектор деятельности, определяющий ее направление, а также величину усилий, развиваемых субъектом при ее выполнении. Этот вектор организует всю систему психических процессов и состояний, формирующихся, развертывающихся в ходе деятельности.

Когда речь идет о мотивах деятельности человека, то имеются в виду некоторые субъективно переживаемые побуждения к деятельности. Для субъекта его мотив выступает как непосредственная побудительная сила, непосредственная причина его поведения. В общем виде мотив есть отражение потребности, действующей как объективная закономерность, выступающей как объективная необходимость. Потребности людей диктуют их поведение. Мотивационная сфера человека постоянно изменяется, что вызвано как достижением одних целей и переключением на другие, так и изменением самого субъекта деятельности. Однако, будучи внутренним побуждением к деятельности, мотив не определяет ее конкретных характеристик. Один и тот же мотив может реализоваться в разных деятельностях. Жесткой однозначной связи между потребностью и способом ее удовлетворения нет. То, какой именно будет деятельность, исходящая из какого-либо конкретного мотива, определяется целью. Важно подчеркнуть, что на почве одного и того же мотива могут формировать разные цели. Если мотив побуждает к деятельности, то цель «конструирует» конкретную деятельность, определяя ее характеристики и динамику. Мотив относится к потребности, побуждающей к деятельности, цель — к предмету, на который деятельность направлена и который должен быть в ходе ее выполнения преобразован в продукт [15].

Цель деятельности — это идеальное представление ее будущего результата, которое, как закон, определяет характер и способы действий человека. Цель является, таким образом, феноменом опережающего отражения. При этом важно иметь в виду, что цель не привносится в индивидуальную деятельность извне, а формируется самим индивидом. В этот процесс неизбежно включается опыт, накопленный человечеством, который данный индивид усваивает в процессе обучения и воспитания. Сформировавшаяся цель реализуется в индивидуальной деятельности. При этом сложность деятельности будет зависть от того, насколько цель отдалена от предмета, а также от тех средств (или уровня владения ими), которыми человек располагает [12].

Обычно в процессе деятельности человек имеет не одну, а целую систему подчиненных друг другу целей. Если школьник решает пример по алгебре, то ближайшая его цель — выполнить действия так, чтобы получить правильный ответ. Однако за этой непосредственной задачей стоит другая, более отдаленная, — научиться алгебраическим преобразованиям. Данная цель подчиняется, и свою очередь, еще более широкой задаче — изучить математику. Но и это не является конечной целью школьника. За этой задачей стоит более общая, главная цель – стремление стать образованным человеком, знающим специалистом [12].

Таким образом, можно выделять цели близкие и далекие. Если человек руководствуется только близкими целями, у него может не быть перспектив в деятельности. Это говорит об ограниченности его интересов или отсутствии необходимых побуждений. Люди, которые руководствуются только близкими целями, нередко примитивны, не склонны отказывать себе в чем-либо, они не привыкли преодолевать большие трудности. Человек, руководствующийся далекой мотивацией, рассматривает ближайшие цели только как необходимый этап, как ступень на пути к достижению главной цели своей деятельности. Трудности не побуждают таких людей отказываться от работы, отдельные неудачи не ослабляют, а только усиливают их стремление к решению поставленной задачи, которая нередко является целью всей жизни.

Другой аспект — это изучение динамики сенсомоторных, перцептивных, интеллектуальных и других психических процессов в реальной деятельности субъекта. Современная психология располагает богатейшими данными, показывающими особенности протекания психических процессов в условиях реальной деятельности человека. Тот же вектор «цель — мотив», являясь высшим регулятором деятельности, определенным образом организует и включенные в нее психические процессы. Именно цель и мотив определяют избирательность восприятия, особенности внимания, извлечение информации из памяти и т. п. [12].

Задача психологического анализа деятельности заключается в изучении того, как ее предмет, условия и средства отражаются в голове человека и каким образом это отражение осуществляет регулирующую функцию по отношению к тем движениям органов человеческого тела, посредством которых данная деятельность выполняется. Изучая деятельность, психология должна раскрывать формы, уровни и динамику субъективного отражения действительности и механизм психической регуляции этой деятельности. Ее задачей является также изучение влияния деятельности на развитие психических процессов, состояний и свойств человека, психического склада личности в целом.

Если попытаться объяснить связь между внутренним планом и внешними проявлениями деятельности, то необходимо ответить на вопрос: как отражаются результаты не совершенных еще действий в психике? Возможность этого возникает благодаря закономерности явлений, существующих в окружающем мире. Человек познает эти закономерности и может использовать их в своей деятельности. Внешняя предметная деятельность в этом случае как бы предваряется внутренней деятельностью. Предметные действия над объектами заменяются идеальными психическими) операциями. Процесс такого перехода от внешнего реального действия к внутреннему идеальному называют интериоризацией. Схематично данное явление можно представить следующим образом сначала человек выполняет некоторое действие с предметом (реальным или идеальным): это действие является внешним (например, манипулирование с вещью), затем оно интериоризуется, как бы «вращивается» в сознание субъекта и становится подлинно внутренним, подлинно психическим действием. При этом происходит свертывание действия, его редукция и видоизменение. Наиболее наглядным примером интериоризации является процесс овладения счетом у детей. Сначала ребенок считает палочки (или пуговки и т. д.), перекладывая их внешним практическим образом. Затем он переходит к счету без пересчета палочек, лишь наблюдая их перед собой. Наконец наступает время, когда палочки становятся ненужными, так как счет превращается в умственное действие, отвлеченное от самих предметов и действия с ними. Объектом оперирования становятся символы, слова и числа. Благодаря интериоризации, психика человека способность оперировать образами предметов, которые в данный момент отсутствуют в поле зрения. Человек может выходить за рамки данного чувственного образа. Естественно, в эту схему должны включены и взрослые (те, кто уже владеет правилами счета), и правила, и принципы оперирования знаками, созданные историей человечества [25].

Науке пока до конца неизвестно, как происходит интериоризация, во время которой происходят не количественные, а качественные изменения психической жизни. Человек, овладевший правилами счета, может считать любые величины. Очевидным является лишь то, что важным орудием этого перехода является слово, а средством перехода — речевое действие, так как посредством речи человек усваивает опыт человечества. Таким образом, в деятельности человека неразрывно связаны ее внешняя (физическая) и внутренняя (психическая) стороны. Внешняя сторона — движения, с помощью которых человек воздействует на внешний мир, — определяется и регулируется внутренней (психической) деятельностью [24].

Предметную внешнюю деятельность можно рассматривать как эк-стернориацию внутренней, психической деятельности, потому что человек в деятельности всегда реализует ее идеально представленный план. Внешняя деятельность контролируется внутренним планом действия. Человек сравнивает производимое действие с запланированным, существующим в виде образов и мыслей.

Если попытаться схематизировать процесс деятельности, то развертывание структур во внутреннем плане идет в следующей последовательности: потребность, мотив, цель, задача, в то время как во внешнем плане наблюдается такая картина: деятельность, действие, операция, движение. Но при этом надо помнить, что нет деятельности чисто внешней, как и нет деятельности чисто внутренней. Любая реальная актуальная деятельность имеет и внешнее, и внутреннее (внешний и внутренний план или стороны), и они связаны между собой неразрывно. Любое внешнее действие опосредуется процессами, протекающими внутри субъекта, а внутренний процесс, так или иначе, проявляется вовне. Вместе с тем под влиянием внешнего изменяется и внутреннее. И задача психологии заключается в том, чтобы, изучая «внешнюю сторону» деятельности, раскрыть «внутреннюю сторону», а точнее, понять реальную роль психики в деятельности.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КАК ОСНОВАНИЕ ЛИЧНОСТИ В ТЕОРИИ ЛЕОНТЬЕВА

 

2.1. Структура деятельности человека

 

Проблема строения деятельности имеет первостепенное значение как для развития теории психологии, так и для определения наиболее эффективных путей решения многих практических задач. Первые попытки анализа строения деятельности были связаны с представлениями об ее элементах. В качестве таковых принимались простейшие движения типа взять, поднять, положить (Ф.Тейлор и Д. Джильберт). Они предложили описывать любую деятельность как некоторую последовательность элементов.

В связи с развитием инженерской психологии широкое распространение получило описание деятельности в виде алгоритмов. При этом несколько изменилось представление как об элементах, так и о способах их связи в деятельности. Алгоритмическое описание может быть, конечно, полезным при анализе исполнительной части деятельности, но оно не раскрывает то, что интересует психологию прежде всего: ее субъективный план.

Психологический анализ деятельности предполагает рассматривать ее, как сложное, многомерное и многоуровневое, динамически развивающееся явление. В различных подходах и базирующихся на них концепциях, как правило, берутся отдельные аспекты (стороны) деятельности, абстрагированные от других. В одних концепциях на первый план выступают операционные аспекты, т. е. деятельность описывается как последовательность сменяющих друг друга операций (или действий). В других — во главу угла ставится изучение мотивационного аспекта деятельности, т. е. она рассматривается в плане анализа динамики направляющих ее мотивов. В-третьих — главным является анализ регулирующих механизмов деятельности [11].

Имеются также концепции, описывающие деятельность в плане анализа реализующих ее физиологических процессов. Каждый из перечисленных подходов имеет, несомненно, право на существование; каждый дает ценные научные результаты. Более того, перечисленные подходы не противоречат и не исключают друг друга. Однако всегда нужно иметь в виду, что ни один из них не может считаться всеохватывающим, универсальным.

В целом в предельно общем виде допустимо рассматривать любую деятельность человека в рамках системы: внешние условия — внутренние условия — характер деятельности — результаты деятельности. Несмотря на то, что данная система носит в принципе цикличный характер, поскольку результаты деятельности затем становятся элементами внешних условий, стимулирующих последующую деятельность, она не может считаться совершенной [10].

Как считает Н.П. Ерастов, среди четырех отмеченных компонентов только «внутренние условия» полностью относятся к психологии, а все остальные лишь содержат психологическую сторону, но не исчерпываются ею. Для выделения внутреннего содержания в данной общей схеме надо определить компоненты и связи разной степени общности структурной организованности: стимулирование (внешние условия), мотивация и планирование (внутренние условия), планирование и реализация (характер деятельности), реализация и контроль (результаты деятельности). Дальнейший анализ можно строить на основе принципа динамической актуализации функциональных единиц в процессе деятельности. Это предполагает, что любая деятельность человека актуализирует те функциональные единицы, которые необходимы для выполнения именно этой деятельности. Однако в отличие от этого подхода большинство современных исследователей опирается на принцип устойчивой динамической актуализации, который позволяет выделить из всей совокупности актуализированных единиц лишь наиболее типично воспроизводимые, наиболее значимые для данной деятельности [20].

Более подробная расшифровка функциональных единиц показывает, что под ними понимается восприятие, мышление, установки, воля и прочее, то есть известные и традиционно используемые структуры и механизмы. В то же время гибкость и рационализм предлагаемого подхода заключаются в использовании только тех функциональных единиц, которые обеспечивают данному человеку успешное осуществление данной деятельности и, следовательно, могут быть использованы как алгоритм деятельности.

Итак, деятельность — это динамическая система взаимодействий человека с миром, в процессе которых происходит возникновение и воплощение в объекте психического образа. Данный образ выступает как осознанная цель деятельности. Именно наличие сознаваемой целя позволяет определить активность как деятельность. Все остальные стороны деятельности: мотив, планирование деятельности, переработка текущей информации, принятие решения — могут осознаваться, а могут и не осознаваться. Они могут также осознаваться не полностью или неверно. Каков бы ни был уровень осознания деятельности, сознавание цели всегда остается необходимым ее признаком.

Специфически человеческое действие сформировалось в труде как акт трудовой деятельности. Совокупность действий, выполняющих определенную общественную функцию, составляет определенный вид трудовой деятельности. Так как трудовая деятельность — это всегда деятельность, направленная на производство определенного продукта, действие человека всегда направлено на определенный результат. Сознательный целенаправленный характер человеческого действия является специфической его чертой. Однако, как ни существенна цель, ее одной для определения действия недостаточно. Цель, на которую направлена деятельность, является, как правило, более или менее отдаленной. Поэтому достижение ее складывается из последовательного решения человеком ряда частных задач, встающих перед ним по мере движения к этой цели [17].

Так же, как цель деятельности для достижения результата распадается на отдельные задачи, сложное внешнее действие для своей реализации может потребовать выполнения целого ряда актов, связанных друг с другом определенным образом. Эти акты или звенья, на которые распадается действие, являются частичными действиями, или операциями. Поскольку их результат не осознается как цель, они не являются самостоятельными действиями, но, в отличие от движений, операции не просто механизмы, посредством которых осуществляется действие, а составные части, из которых они состоят. Деятельность человека осуществляется посредством действий различных видов и уровней.

 






 


 

 

Рисунок – Структура деятельности

 

 

Таким образом, каждый относительно законченный элемент деятельности, направленный на выполнение одной простой текущей задачи, называют действием. Трудовые действия представляют собой так называете предметные действия, т. е. действия, направленные на изменение действия или свойств предметов внешнего мира. Любое предметное действие складывается из определенных движений. Анализ последних показывает, что, несмотря на внешнее многообразие, все они складываются, как правило, из трех простых элементов — взять, переместить, отпустить — в сочетании со вспомогательными движениями корпуса, ног и головы. С точки зрения качества характеризуются силой, точностью, меткостью, скоростью, ровностью и координированностью.

Кроме предметных, в деятельности человека участвуют движения, обеспечивающие перемещение, коммуникацию, установку тела и сохранение позы. К средствам коммуникации относятся выразительные движения (мимика, пантомимика), смысловые жесты и, наконец, речевые движения [15].

Таким образом, выполнение предметного действия обеспечивается определенной системой движений. Она зависит от цели действия, свойств предмета, на который это действие направлено, и условий действия. Например, чтобы взять стакан, надо строить движения иначе, чем для того, чтобы взять карандаш. Перемещение тяжелого груза определяет иную работу мышц, чем перемещение легкого пакета. Забивание большого гвоздя происходит иначе, чем маленького. Кроме того, движение осуществляет не орган сам по себе и результатом его является не только функциональное изменение состояния органа, а тот или иной предметный результат, произведенное изменение жизненной ситуации, решение задачи и т. д. Поэтому движение, посредством которого человек обычно осуществляет то или иное действие, связано с личными установками, с осмыслением разрешаемой движением задачи, отношением к ней. Скажем, изменение личностных установок солдата с милитаристских на пацифистские, наверняка, ведет к изменению его действий и всей двигательной сферы.

Не подлежит сомнению, что свое совершенство и действительную характеристику движения человека приобретают лишь благодаря осмысленному действию, в которое они включаются. Исследование лиц с поражением периферического двигательного аппарата показывает, что с изменением задачи изменяются как объем движения, так и его координация. Так, например, подъем руки на определенную высоту — движение, невозможное для больного, когда ему предлагают поднять руку до определенного уровня, — оказывалось выполнимым, как только ему предлагали взять предмет, находящийся на той же самой высоте. Таким образом, с изменением задачи, разрешаемой движением, и в связи с этим его мотивации, составляющей внутреннее психологическое содержание, изменяются механизмы управления движением.

 

2.2. Управление действием

 

Исследования П.К.Анохина, Н.А.Бернштейна, Э. А. Асратяна показали, что всякий моторный акт является результатом работы не раз и навсегда фиксированной группы мышц и совокупностью одних и тех же импульсов, а очень подвижной, легко перестраивающейся функциональной системы, включающей импульсы, связанные иногда с территориально различными участками. Свою активность с учетом величины поднимаемой тяжести, сопротивления отталкиваемого предмета, способы отдачи в рычагах суставов и т. д. мышцы «рассчитывают» так, чтобы обеспечить заданное направление и скорость движения. Само выполнение движений непрерывно контролируется сопоставлением его результатов с конечной целью действия.

Каким же образом происходит контроль за действием? Многое еще не ясно ученым. Бесспорен факт, что он происходит благодаря органам чувств (сенсорный контроль). Управление движениями осуществляется по принципу обратной связи. Чтобы преобразовать предмет деятельности в продукт, человек должен не только обладать образом — целью и планом, но и воспринимать (точнее, извлекать) информацию о текущем состоянии предмета в процессе его преобразования. В каждый момент деятельности на анализаторы (органы чувств) поступает множество сигналов: зрительных, слуховых, тактильных и т. д. Из этой массы человек выбирает сигналы, соответствующие задаче, объединяет их в определенные структуры, позволяющие оценивать состояние предмета деятельности относительно образа-цели.

Важнейшая роль в этом механизме принадлежит сигналам обратной связи, несущим информацию о результатах действия. Выполнив то или иное действие, человек изменяет состояние предмета деятельности. Возникающий при этом сигнал не только несет информацию о том, решена ли задача (достигнута ли цель). Образ этого сигнала сличается с образом-целью. Таким образом, всякая деятельность имеет кольцевую структуру и может быть представлена следующим образом: …объект —> рецепторы —> сенсорный синтез —> сличение с образом-целью коррекция —>мышцы —> объект… [15].

Отсюда видно, что система движений, из которых состоит действие, в конечном счете управляется и регулируется его целью. Именно с точки зрения целей оцениваются и корректируются результаты выполняемых движений. Целью у человека чаще всего является то, что в данный момент отсутствует и должно быть достигнуто с помощью действий. Следовательно, цель представлена в мозгу образом, динамической моделью будущего результата деятельности. Именно с этой моделью желаемого будущего сопоставляются фактические результаты действия. Эти модели предстоящего действия (программа движений) и его результатов (программа цели), которые предваряют в мозгу само действие, физиологи назвали «акцептором действия» или «опережающим отражением» (П. К Анохин), «двигательной задачей» и «моделью потребного будущего» (И. А. Бернштейн). Что представляют собой эти модели, как они складываются в мозгу и функционируют, ученые пока достоверно не знают. Но сама гипотеза является верной, иначе сама деятельность была бы невозможна.

 

2.3. Формирование навыка

 

Сначала, приступая к какой-нибудь новой деятельности, человек не располагает сложившимися способами выполнения этого действия — ему приходится сознательно выполнять и контролировать не только действие в целом, направленное на цель, но и отдельные движения или операции, посредством которых он его осуществляет. В результате повторения тех же действий человек приобретает возможность выполнять данное действие как единый целенаправленный акт, не ставя перед собой специальную цель сознательно подбирать способы его выполнения. Это выключение из поля сознания отдельных компонентов сознательного действия, посредством которых оно выполняется, называют автоматизацией [15].

Образующиеся в результате упражнения, тренировки, выучки автоматически выполняемые компоненты сознательной деятельности человека получили специальное обозначение — навык. Если говорить точнее, то речь идет о бессознательной регуляции движения, а не действия, потому что у человека любая деятельность в норме всегда управляется сознанием. В результате повторного решения той же задачи человек приобретает возможность выполнять данное действие как единый целенаправленный акт, не ставя себе специальную цель сознательно подбирать для него способы его выполнения, но, будучи вынужденным, как это было сначала, перемещать свою цель с действия в целом на отдельные операции, служащие для ее выполнения.

Несмотря на то, что ни одна из высших форм человеческой деятельности не может быть сведена к простой механической сумме навыков, любая форма деятельности непременно включает в себя некоторую их часть. Только благодаря тому, что некоторые действия закрепляются в качестве навыков и как бы спускаются в план автоматизированных актов, сознательная деятельность человека, разгружаясь от регулирования относительно элементарных актов, может направляться на разрешение более сложных задач.

Любое действие человека имеет три стороны, три компонента: мо; торный, сенсорный и центральный, связанные соответственно с выполнением функций исполнения, контроля и регулирования.

Благодаря частичной автоматизации и структуре действия по мере формирования навыка изменяются следующие приемы:

— исполнения движений, когда ряд частичных, мелких движений сливается в единый акт, в одно сложное движение: устраняются лишние движения и ускоряется темп выполнения движений;

— сенсорного контроля над действием, когда зрительный контроль над выполнением движений в значительной мере заменяется мускульным (кинестетическим): развивается способность быстро различать и отделять ориентиры, важные для контроля результатов действия; — центрального регулирования действия: внимание освобождается восприятия способов действия и переносится, главным образом, на обстановку и результаты действий. Некоторые расчеты, решения и другие интеллектуальные операции начинают осуществляться быстро и обратно. Внутренняя подготовка к следующим движениям происходит во время предшествующих, что резко сокращает время реакции и переход от данного приема к следующему происходит без специального {планирования.

В основе любого навыка лежат выработка и упрочнение условно-рефлекторных связей. Проторение нервного пути, его закрепление в результате постоянного повторения действий приводят к точной локализации процессов возбуждения в определенных нервных структурах. Дифференцировочное торможение до предела концентрирует возбуждение, подавляя одни очаги и активизируя тем самым другие. Образуются системы условно-рефлекторных связей с упроченными переходами от одной системы нервных связей к другой [15].

Таким образом, в основе изменений в приемах действий лежат много-кратные повторения успешных движений. Такое многократное выполнение определенных действий или видов деятельности, имеющее целью: их освоение, опирающееся на понимание и сопровождающееся сознательным контролем и корректировкой, называют упражнением. Отметим, что не всякое повторное выполнение деятельности можно назвать упражнением. Люди, имеющие плохой почерк, не изменяют его, даже если будут писать очень много. Упражнение отличается от повторения по следующим признакам:

— обучающемуся необходимо иметь как можно более ясное представление о том, что именно он должен сделать, чего он должен добиться, т. е. он должен удерживать в своем сознания сформированный эталон-образец;

— он должен знать результат каждого отдельного упражнения в
после каждого повторно выполненного действия отдавать себе отчет в
том, чего он достиг, каковы его недостатки. Изменение характера действий человека по мере упражнения отражает изменения в строении его психической деятельности при выполнении этих действий.    

Ход выработки навыка принято выражать в так называемых кривых упражнений, выражающих соотношение между успехами, достигнутыми в обучении, и упражнением. Среди многообразных кривых, которые дает упражнение, обычно различают два основных типа: кривые с положительным и отрицательным ускорением.    

Та или иная форма кривой зависит от различных условий, прежде всего от особенностей содержания деятельности. Очень распространенным типом является кривая с отрицательным ускорением, т. с наиболее быстрым восхождением вначале и замедляющимся на каждом последующем отрезке. Такая кривая отображает ход обучения, при котором наиболее значительные успехи даст начальный период. Каждый же последующий период равной величины дает не равный, а прогрессивно относительно все меньший эффект. Такого типа кривые дает обычно выработка сенсомоторных навыков, различные виды механического заучивания и проч. Кривую с быстрым началом дает обучение в тех случаях, когда вхождение в новую область дается легко благодаря ранее приобретенным знаниям и навыкам, методов работы субъекта, которые могут быть перенесены на новую область.

Другие виды обучения дают «положительно ускоренные» кривые, т. е. кривые, более пологие сначала и более крутые в дальнейшем. Кривые, которые на большем или меньшем протяжении являются положительно ускоренными, отражают ход обучения, дающий относительно небольшие успехи в начальном периоде и более быстрые в дальнейшем. Такие кривые дает обучение, требующее известного понимания, в частности понимания более или менее сложных отношений, выведения правила, которое достигается не сразу, но, будучи достигнутым, даст значительное продвижение. Такой ход обучения, очень замедленный вначале, может быть обусловлен отсутствием соответствующего метода работы, надлежащей подготовки, а также недостатком интереса к ней.

В выработке навыка существенную роль играют и индивидуальные различия. Они бывают очень значительны. Одни и те же навыки, особенно сложные, вырабатываются у одних людей намного быстрее, чем у других. В силу такой многообразной обусловленности хода обучения не существует единой универсальной кривой обучения. Кроме того, форма кривой будет обусловлена характером усваиваемых действий; методом обучения; условиями, в которых протекает обучение; отношением человека к работе. Выработка навыка происходит неравномерно, нередко скачкообразно. При усвоении сложных навыков иногда наблюдаются временные задержки в их усвоении (так называемое «плато»), когда график идет параллельно оси упражнений (кривая «в»). Плато может быть вызвано тем, что эффект упражнения нейтрализуется под влиянием отрицательных моментов, вызываемых как объективными (ухудшение в качестве и состоянии оборудования; ухудшение условий, в которых выполняется действие; ошибки педагога, допущенные в процессе обучения и т.д.), так и субъективными (утомление; степень уверенности в своих силах; отношение к деятельности и т.д.) причинами. За каждым периодом задержки в работе возможен новый, более или менее значительный подъем.

Выработка навыков требует рациональной организации упражнений, правильного сочетания и специального закрепления отдельных, особенно сложных его частей в целостного выполнения действия. Конкретный способ их сочетания и мера, которая должна быть при этом соблюдена, зависят от особенностей подлежащего закреплению материала, от индивидуальных особенностей обучающегося и пр. В каждом конкретном случае этот вопрос может потребовать иного решения.

Всегда надо помнить, что навык возникает и функционирует как автоматизированный прием выполнения действия. Его роль заключается в освобождении сознания от контроля над выполнением приемов действия и переключения его на цели и условия действия. Выделяют следующие основные этапы этого процесса:

1. Когнитивный (ознакомительный) этап, который характеризуется осмыслением действий и ознакомлением с приемами их выполнения.

2. Подготовительный (аналитический), отличающийся сознательным, но неумелым выполнением, неполным овладением отдельными элементами действия.

3. Стандартизирующий (синтетический), характеризующийся объединением элементов в единое целое, улучшением координации, автоматизацией элементов деятельности, повышением качества, устранением лишних движений.

4. Варьирующий (ситуативный), позволяющий пластически приспосабливаться к ситуациям, гибко и произвольно регулировать выполнение действий.

Навыки бывают разных видов, и это понятие распространяется не только на двигательные, но и на всякие действия или акты, в том числе и на мыслительные операции. Таким образом, помимо моторных, или двигательных, навыков существуют интеллектуальные навыки (навыки счета, чтения, показаний приборов, заучивания и прочее).

В основе развития чувствительности лежит выработка навыков с преобладанием сформированного, отработанного сенсорного звена действия. Так, навык слухового восприятия родного языка складывается в раннем детстве на основе подражания, расчленение же слов и их опознание в иностранном языке при обучении в школе формируется в сознательных упражнениях. К этому же виду навыков, названных сенсорными, можно отнести узнавание буквы при чтении, различение оттенков, цветов художниками, умение «слушать» работу двигателя у шоферов и т. д. Можно выделить также, промежуточные или смешанные виды навыков: сенсорно-двигательные (письмо; рисование: черчение) или сенсорно-мыслительные (разложение алгебраических выражений).

Каждый навык складывается в системе навыков, которыми человек уже владеет. Одни из них помогают новому навыку формироваться и функционировать, другие — мешают. Это явление называется взаимодействием навыков. Когда говорят о взаимодействии навыков, обычно имеют в виду два вопроса: интерференцию и перенос навыков. Под интерференцией понимают обычно тормозящее взаимодействие навыков, при котором уже сложившиеся навыки затрудняют образование новых навыков либо снижают их эффективность. Явление интерференции навыков связано с иррадиацией возбуждения по коре мозга, а ее исчезновение — с выработкой точного и стойкого дифференцированного торможения в нервной системе. Выявление условий интерференции и в связи с этим — путей для устранения тормозящих воздействий на выработку новых навыков представляет определенный практический интерес. Различают два случая интерференции навыков. Первый случай — интерференция при перестройке навыков, когда при выполнении какого-либо действия требуется заменить ранее усвоенный способ его выполнения другим, более совершенным или соответствующим новым условиям действия. В этих случаях новый способ усваивается нередко с большими затруднениями из-за тенденции выполнять вновь освоенное действие старым, ранее усвоенным способом. Например, приступая к работе на станке с новым расположением приборов управления, требующим новой пространственной или временной характеристики движений, рабочие испытывают вначале немалые затруднения, существенно ухудшающие их работу. Такую интерференцию навыков, наблюдаемую при перестройке какого-либо навыка или овладении новым, называют ассоциативным торможением.

Однако старый навык может оказывать отрицательное влияние и после овладения новым. В этих случаях уже после овладения новым способом возникают задержки в применении нового способа действия или повторение старых приемов. Например, ученик, многократно писавший слово неправильно, после усвоения правильного написания может иногда задерживаться, когда ему надо писать это слово, и вспоминать, какой из двух способов его написания правилен. Иногда же он незаметно для себя повторяет старую ошибку. Такую интерференцию навыков, наблюдаемую уже после овладения обоими навыками, называют репродуктивным торможением. Причиной интерференции навыков является, прежде всего, большая прочность ранее образованных связей по сравнению с позже возникающими и сохранение старых связей вопреки образованию заменяющих их новых связей. Эти прочные, ранее образовавшиеся связи и актуализируются при овладении новым действием.

Другой причиной интерференции навыков является наличие в новых действиях некоторых общих компонентов со старыми действиями (в целях, условиях и способах их выполнения) и недостаточное в силу этого различение своеобразия каждого действия. Поэтому одним из важнейших средств устранения и предупреждения интерференции навыков является четкое различение и противопоставление старого и нового способов действия (при упражнениях), старых и новых условий действия, старых и новых целей действия.

Положительное влияние усвоенных навыков на овладение другим действием называется переносом навыков. Так, например, практика обучения рабочих управлению новыми машинами показывает, что опытный рабочий, успешно работающий на машине одного вида, овладевает работой на машине иного вида значительно быстрее, чем новичок. Человек, знающий несколько иностранных языков, овладевает новым языком значительно легче, чем тот, кто не знает ни одного иностранного языка. Перенос навыков наблюдается, прежде всего, тогда, когда новые действия имеют много общего с уже усвоенными. При выполнении вновь изучаемых действий человек опирается на свой прежний опыт, и большое количество умений способствует более быстрому овладению новыми навыками. При длительном отсутствии упражнений навык начинает разрушаться. Чем сложнее навык, тем чувствительнее сказывается на нем этот перерыв. В результате неупражнения может возникнуть деавтоматизация навыка, т. е. такое состояние действия, когда ему необходим сознательный контроль. В связи с этим люди, успешность деятельности которых сильно зависит от степени автоматизации навыка (летчики, акробаты и т. д.), вынуждены постоянно поддерживать свою профессиональную форму, выполняя необходимые действия.

Помимо навыков непременными компонентами деятельности являются умения. Об их соотношении высказываются различные мнения. Одни исследователи считают, что навыки предшествуют умениям, другие полагают, что умения возникают раньше навыков. Причиной этих расхождений является многозначность слова «умение». Диапазон действий, называемых умениями, очень широк. Мы говорим о первокласснике, что он умеет читать. Но и взрослый умеет читать также. Между этими умениями лежит многолетний путь упражнений, совершенствования навыков чтения. По своей сути умения — это экстериоризация, т. е. воплощение знаний и навыков в реальные действия. Попадая в новые условия или взаимодействуя с новыми объектами, человек использует имеющиеся у него знания и навыки. В данном случае этот перенос навыков и рассматривается как умения. Более строго умение определяется как освоенный субъектом способ выполнения действия, обеспечиваемый совокупностью приобретенных знаний и навыков.

Умения относятся к навыкам так же, как программа действия — к его реализации. Умения шире навыков, они предполагают разные варианты действий. Так, один из вариантов реализации в силу его адекватности повторяющейся задаче может закрепиться, автоматизироваться, т.е. стать навыком. Например, грамотный человек умеет написать свою фамилию пером, мелом, кистью, выбить зубилом на металле или выжечь на дощечке с помощью увеличительного стекла. Но когда тот же человек ставит свою подпись на документе, описанное выше умение выступает в форме навыка со всеми присущими ему чертами: скоростью, стереотипностью, автоматизированностью, экономностью движений. В структуре того же умения может иметь место и второй, а иногда и более двух автоматизированных вариантов реализации программы действий. Так, художник одинаково успешно подписывается и ручкой, и кистью. Е. А. Милерян выделяет следующие виды умений: познавательные, общетрудовые, конструктивно-технические, организационно-технологические и операционно-контролъные.

Элементарное умение выполнить что-то возникает из подражания, из случайных знаний. Однако чем сложнее вид деятельности, тем меньше надежды на успех умений, складывающихся только в результате Наблюдения и подражания. Формирование умений представляет собой овладение всей системой операции по переработке информации, содержащейся в знаниях, и информации, получаемой от предмета, операции по выявлению этой информации и ее сопоставлению с действиями. В процессе формирования умений можно выделить два крайних случая. В первом из них обучающемуся, обладающему необходимыми знаниями, предлагают задачи на их рациональное применение, и он сам ищет решения, обнаруживая путем проб и ошибок соответствующие ориентиры, способы переработки информации и приемы деятельности. Несмотря на то, что этот путь менее эффективен, он остается наиболее распространенным в обучении. Во втором случае обучающий управляет психической деятельностью учащегося, знакомя его с ориентирами отбора признаков и операций, организуя деятельность учащегося по переработке и использованию полученной информации для решения подставленных задач.

Другой разновидностью автоматизированных действий являются привычки. Основное отличие заключается в том, что навык — это умение совершать автоматизирование, т. е. без специального контроля сознания те или иные операции, а привычка — это тенденция или потребность совершать те или иные автоматизированные акты. Так, например, ребенок овладел таким навыком, как мытье рук. Однако этого мало — важно, чтобы у него выработалась привычка всегда мыть руки перед едой, после прогулки, перед сном. Привычки побуждают человека поступать определенным образом, как и навыки, они могут быть полезны и вредны. Поэтому важно, чтобы у ребенка сразу же закреплялись полезные привычки, оказывающие положительное влияние на личность. Чтобы выработать желательную привычку, необходимо неуклонно, никогда не отступая от принятого решения, действовать в определенном направлении. Когда привычка выработана, мы поступаем так, потому что иначе не можем, потому что мы так привыкли.

Усвоение навыков и привычек начинается ребенком с первых дней его жизни. Первоначально они очень просты и основаны на безусловных рефлексах и аффективных состояниях. Навыки детей легко переходят в привычки, которые уже в этом возрасте отличаются чертами, близкими взрослым:

— привычные действия возникают в определенное время или в определенных условиях;

— невозможность проявить привычку вызывает неудовольствие, которое у ребенка выражается в плаче. Поэтому важно уже с самого начала не давать повода для образования нежелательных привычек, предупреждая сочетания нежелательных действий с положительными эмоциями.

 

 

 

 

 

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Деятельность человека, являясь сложным явлением, по мнению А.Н. Леонтьева, представляет процесс, предмет и мотив которого не совпадают между собой, при этом должны быть отражены в психике субъекта.

 Теория деятельности, разработанная А.Н. Леонтьевым представляет собой реализацию деятельностного подхода к анализу психологических феноменов. В качестве предмета анализа здесь рассматривается деятельность, поскольку сама психика не может быть отделена от порождающих и опосредствующих ее моментов деятельности, и сама психика является формой предметной деятельности. При решении вопроса о соотношении внешнепрактической деятельности и сознания, он исходил из того положения, что внутренний план сознания формируется в процессе свертывания изначально практических действий.

Действие в теории деятельности внутренне связано с личностным смыслом. Психол. слияние в единое действие отд. частных действий представляет собой превращение последних в операции, а содержание, которое прежде занимало место осознаваемых целей частных действий, занимает в строении действия структурное место условий его выполнения. Другой вид операций рождается из простого приспособления действия к условиям его выполнения. Операции – это качество действия, образующая действия. Генезис операции состоит в соотношении действий, их включенности одно в другое.

В теории деятельности введено понятие «мотива-цели», т. е. осознанного мотива, выступающего в роли «общей цели» и «зоны целей», выделение которой и зависит от мотива либо конкретной цели, а процесс целеобразования всегда связан с апробированием целей действием.

На основе теории де разработаны и продолжают разрабатываться деятельностно-ориентированные теории социальной психологии личности, детской и возрастной психологии, патопсихологии личности и др.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Абульханова-Славская К.А. Деятельность и психология личности.–М.: наука, 1980.
  2. Ассев В.Г. Мотивация поведения и формирование личности. -М.: Мысль, 1976.
  3. Гиппенрейтер Ю.Б. Введение в общую психологию. М., 1996.
  4. Гиппенрейтер Ю.Б. Деятельность и внимание // А.Н. Леонтьев и современная психология: Сб. ста. / Под ред. А.В. Запорожца, В.П. Зинченко и др. – М.: Изд-во МГУ, 1983.
  5. Горбатенко А.С. Общая и прикладная психология: Курс лекций.–Ростов н/Д.: Феникс, 2002.
  6. Гордеева Н.Д. Экспериментальная психология исполнительного действия. -М.: Тривола, 1995..
  7. Деятельностный подход в психологии: Проблемы и перспективы: Сборник научных трудов / АПН СССР; Под ред. В.В. Давыдова, Д.А. Леонтьева. -М.: АПН РСФСР, 1990.
  8. Запорожец А.В. Избранные психологические труды в 2-х. т. Т. 1. М., 1986.
  9. Ительсон Л. Б. Лекции по общей психологии.–М.: Харвест, 2000.
  10. Климов Е. А. Введение в психологию труда. –М.: ЮНИТИ, 1998.
  11. Ковалев А.Г. Психология личности.–М.: Просвещение, 1965.
  12. Ковалев В.И. Мотивы поведения и деятельности. М., 1988.
  13. Кудрявцев Т.В. Психология профессионального обучения и воспитания.–М.: МЭИ, 1986.
  14. Левонтин Р. Человеческая индивидуальность: наследственность и среда / Общ. ред. Ю.Г. Рычкова.–М.: Прогресс-Универс, 1993.
  15. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность.–М.: Политиздат, 1975.
  16. Леонтьев А.Н. и современная психология: Сборник статей // Под ред. А.В. Запорожца, В.П. Зинченко, О.В. Овчинниковой, О.К. Тихомирова. -М.: Изд-во МГУ, 1983.
  17. Леонтьев А.Н. Проблемы деятельности в психологии // Вопросы психологии, 1972. № 9. С. 98 – 99.
  18. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики.–М.: Наука, 1972.
  19. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии.–М.: Наука, 1984.
  20. Маркова А.К. Психология профессионализма.–М.: Знание, 1996.
  21. Немов Я.С. Общая психология. М., 2003.
  22. Пономарев Я.А. Методологическое введение в психологию. –М.: Наука, 1983.
  23. Психологические исследования творческой деятельности / Под ред. О.К. Тихомирова.–М.: Наука, 1975.
  24. Психология / Под общ. ред. В.Н. Дружинина.–СПб.: Питер, 2002.
  25. Рогов Е.И. Личность в педагогической деятельности. – Ростов-на-Дону: РГПУ, 1994.
  26. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. В 2-х т. СПб., 1999. Т. 1.
  27. Столяренко Л.Д. Основы психологии.– Ростов-на-Дону: Феникс, 2000.
  28. Шадриков В.Д. Деятельность и способности. -М.: Логос, 1994.
  29. Шадриков В.Д. Проблемы системогенеза профессиональной деятельности. М., 1982.

     

     

     

     

     

     

 

 


 

Комментирование закрыто.

Вверх страницы
Statistical data collected by Statpress SEOlution (blogcraft).
->