Развитие института референдума в современной России

С принятием в России Федерального конституционного закона «О порядке принятия в Российскую Федерацию и образования в ее составе нового субъекта Российской Федерации» появился новый вид референдума — региональный: решение одного вопроса на территории нескольких граничащих между собою субъектов РФ с использованием одинаковых принципов в регулировании подготовки и проведения референдумов [100, 49].

Местный характер референдумов обусловлен также характером выносимых на него вопросов.

Институт референдума — сложное по составу образование, и механизм реализации образующих его норм включает значительное количество стадий и этапов. Поэтому представляется необходимым определить субъект правового регулирования на каждом из этапов организации и проведения референдума.

Субъекты референдума могут быть подразделены как в зависимости от «вертикали» проведения референдумов (общероссийский, субъекта Федерации и местный), так и от этапов его проведения на субъекты права требования, назначения, участия (голосования), подготовки и проведения референдума.

Важным элементом раскрытия обозначенного вопроса является определение носителя этого права. Согласно статье 3 Конституции России, многонациональный ее народ — источник власти и суверенитета осуществляет власть непосредственно через референдум.

Из анализа определений непосредственной демократии можно сделать вывод, что под ее субъектами чаще всего понимаются народ, народные массы либо граждане, что, на наш взгляд, не исчерпывает содержания данного понятия.

И.Л. Сивов употребляет термин «субъекты прямой демократии», но не раскрывает его, а лишь отмечает, что прямая демократия осуществляется индивидуально и коллективно [121, 116].

В. Т. Кабышев выделяет такие категории, как субъекты власти, субъекты государственной власти и субъекты народовластия, указывая, что субъектами социалистического народовластия могут выступать и субъекты социальной власти народа, и субъекты государственной власти. Этот подход, несмотря на всю его научную значимость, не дает прямого ответа на вопрос о субъектах непосредственной демократии [91, 20].

М.В. Цвик перечисляет субъекты «социалистической демократии», однако его перечень можно использовать при определении субъекта непосредственной демократии, так как он ближе подходит к сути проблемы. М.В. Цвик указывает, что субъектами социалистической демократии могут выступать отдельные граждане, избиратели отдельных избирательных округов, социалистические нации, трудовые коллективы, весь народ, общественные организации, самодеятельные организации и государственные органы [138, 17].

Под субъектами непосредственной демократии понимается тот активный элемент (индивид или коллектив), который путем непосредственного властного изъявления осуществляет государственную или иную публичную власть.

С учетом изложенного к субъектам непосредственной демократии следует отнести: отдельную личность (прежде всего гражданина); различного рода объединения граждан: общественные организации, инициативные группы, собрания; граждан, проживающих па территории одного субъекта Российской Федерации, обладающих избирательным правом; весь многонациональный народ Российской Федерации.

Следует привести мнение И.П. Трайнина: «Голосует не народ, не все взрослое население, а лишь те, кто пользуется избирательным правом» [130, 100].

Государство, наделяя гражданина избирательными правами, не может не считаться с политической целесообразностью его участия в избирательном процессе. Если под избирательным цензом понимать всякое условие, которым закон ограничивает участие в выборах, то нет избирательной системы, в которой не имелся бы избирательный ценз. Современные правовые системы знакомы с этим институтом избирательного права, а различные виды цензов рассмотрены в работах многих авторов. Общепризнанной считается классификация И.М. Гессена, который разграничил две категории цензов: «…одни конструируют избирательную способность (или неспособность) отдельного индивида как такового; другие признают избирательную способность (или неспособность) за определенной общественной группой или классом» [74, 299].

Первые устраняют от участия в выборах индивида, независимо от принадлежности к тому или иному общественному классу; вторые — определен-ную, более или менее многочисленную группу. С началом всеобщего избирательного права совместимы индивидуальные избирательные цензы и не совместимы избирательные цензы, имеющие классовый характер.

К первой категории относятся цензы;

—    гражданства — «как политическое право оно принадлежит и человеку, и гражданину; оно имеет свой источник в государственном праве, которое его дарует и его регламентирует» [116, 194];

—    возрастной – установленное законом требование, согласно которому право участвовать в выборах предоставляется лишь по достижении определенного возраста;

—    оседлости — представляет собой устанавливаемое государством требование, согласно которому избирательное право предоставляется только тем гражданам, которые проживают в той или иной местности в течение определенного времени;

—    способности к осуществлению общественных функций (обще-гражданской дееспособности);

—    личной независимости избирателя — лица, которые пользовались или пользуются определенное время благотворительностью, без собственных средств, которые не могут прокормить себя, должны находиться в зависимости от других;

—    личностный — право голоса в Португалии имели лишь главы семейств;

—    квартирный — существовал в Англии: «право голоса принадлежит вся-кому, кто имеет отдельную квартиру, занимая целый дом или часть его; и Нидерландах, где избирательным правом пользуется всякий, кто платит определенный налог, или снимает квартиру определенной стоимости» [110, 4];

—    образовательный использовался в Португалии, Италии, Японии: «в Португалии и Италии право голосования обусловлено элементарным образованием, но в Италии избирательное право может быть предоставлено и лицам без всякого образования, если только эти лица имеют определенную собственность или доход, причем размер имущественного ценза незначителен» [110, 4]; в Японии образовательный ценз проявляется в требовании собственноручно написать имя кандидата в депутаты на избирательном бюллетене.

Что касается групповых (классовых) избирательных цензов, то они в большинстве своем не часто воспринимаются законодателями и носят по пре-имуществу экономический характер. К этой группе цензов можно отнести:

—    имущественный — уплата какого-либо налога являлась условием для избирателей в Румынии, в Дании права голоса лишались лица, не имеющие своего хозяйства и находящиеся на частной службе у другого лица, т.е. прислуга [110, 4] (с точки зрения автора, отнесение данного ценза к индивидуальному или групповому зависит от размера ограничения);

—    пола — долгие годы он был одним из наиболее стойких ограничений избирательного права. До сих пор женщины не имеют избирательного права (ни активного, ни пассивного) в Иордании, Ливии, Саудовской Аравии и некоторых других государствах Востока, либо для них установлены ограничения, не существующие для мужчин (Португалия, Тунис, Монако и др.) [112, 280].

Таким образом, избирательный корпус — это такая конституционно-правовая категория (юридически обособленная совокупность людей, отражающая социальную структуру гражданского общества), которая обладает правом через непосредственное и окончательное волеизъявление формировать высшие органы государственной власти и решать вопросы государственной и общественной жизни от имени народа и нации. Понятия «народ» и «избирательный корпус» взаимонезаменяемы, и их отождествление недопустимо.

Целесообразно отдельно сказать о субъектах права требования назначения референдума. Объектом этого правоотношения будет реализация субъектом права требования своих полномочий по доведению до сведения полномочного органа формулировки выносимого на референдум вопроса, чье содержание, очевидно, должно соответствовать указанным выше требованиям.

Конституционное право граждан Российской Федерации на участие в референдуме, являясь непосредственно действующим, может быть использовано на федеральном уровне, на уровне субъекта Федерации и при осуществлении местной власти — на уровне муниципалитета. Однако Конституция непосредственно не определяет содержание и порядок реализации этого права на уровне субъектов, на местном уровне. Если в отношении федерального референдума в Конституции Российской Федерации установлена отсылочная норма (наличие Федерального конституционного закона), то в отношении реализации права граждан на участие в референдуме субъекта и местном референдуме действуют общие правила регулирования.

Как следует из ст. 32 (ч. 1—3), 71 (п. «в») Конституции Российской Федерации, регулирование названных прав и определение тем самым их конкретного содержания, установление соответствующих правил, процедур, мер правовой защиты — компетенция законодателя [2].

Федеральный законодатель устанавливает общефедеральные референдумные стандарты в силу того, что регулирование прав и свобод, включая право на референдум, отнесено Конституцией к ведению Федерации (п. «в» ст. 71) [2]. Субъекты Федерации самостоятельны в установлении своей системы властеотношений и порядка ее функционирования, что составляет предмет их конституций (уставов) и специальных законов. Вместе с тем установление общих принципов организации системы органов государственной власти и местного самоуправления, защита прав и свобод, в том числе права на референдум, федеральной Конституцией отнесено к совместному ведению Федерации и ее субъектов (п. «б», «н» ч. 1 ст. 72) и, следовательно, подлежит регулированию федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними актами субъектов Федерации (ч. 2 ст. 76) [2]. Законы субъектов Федерации, регулирующие институт референдума, не могут противоречить названным принципам, общефедеральным референдумным стандартам (Федеральному закону «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» [12], «Об общих принципах организации местного само-управления в Российской Федерации» [8]), ограничивать федеральные гарантии избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации. В противном случае они признаются неконституционными, о чем свидетельствует обширная практика Конституционного Суда.

Анализ норм Конституций, уставов (Основных законов) субъектов Рос-сийской Федерации, регулирующих институт референдума в субъектах, позволяет условно подразделить их на несколько групп (Приложение 14).

Первая группа норм посвящена установлению основополагающих принципов народовластия, уровней властеотношений (государственной и местной властей) и определению референдума как одной из высших форм осуществления власти народом. Практически, это закрепление такой основы конституционного строя, как народовластие.

Вторая группа норм основных законов субъектов Российской Федерации — нормы, закрепляющие общие принципы института референдума, вопросы референдума, его виды, нормы, устанавливающие субъективное право на участие в референдуме, нормы, регулирующие осуществление местного самоуправления с использованием референдума.

Третья группа — малочисленная, встречающаяся не во всех конституциях и уставах — группа специальных норм, закрепляющая элементы механизма подготовки, назначения, проведения и юридической силы результатов референдума.

Таким образом, референдум в конституциях и уставах субъектов Российской Федерации закрепляется в нескольких понятиях: как элемент такой основы конституционного строя, как народовластие, как одна из высших форм непосредственного волеизъявления при осуществлении государственной и муниципальной властей, как субъективное право и как процесс.

Проанализируем условно выделенные группы норм конституций, уставов (Основных законов) субъектов Российской Федерации, регулирующих референдумный процесс.

Первая группа: группа норм, устанавливающих референдум формой народовластия, способом осуществления власти.

Эти положения закреплены в ст. 2 Конституции Адыгеи [28], ст. 6 Устава (Основного Закона) Алтайского края [32], ст. 9 Устава Амурской об-ласти, ст. 3 Устава Липецкой области, ст. 3 Устава Магаданской области [34], ст. 2 Конституции Мордовии [30], ст. 10.1 Устава Мурманской области [38], ст. 3 Конституции Республики Марий Эл [29]; ст. 3 Устава Новгородской области [36]; ст. 4 Устава Новосибирской области [36]; ст. 3 Устава Орловской области.

Как правило, в конституциях и уставах субъектов Федерации находится закрепление референдума как формы осуществления местного самоуправления. Ст. 138 Устава (Основного Закона) Алтайского края устанавливает такую форму осуществления местного самоуправления, как местный референдум; ст. 121 Устава Амурской области, в Уставе Архангельской области (ст. 35) [32], ст. 67 Устава Липецкой области, ст. 108 Конституции Мордовии, ст. 87,1 Устава Мурманской области, ст. 89 Конституции Республики Марий Эл; ст. 55 Устава Новгородской области; ст. 29 Устава Орловской области.

Встречаются определения различных видов референдумов в самих текстах основных законов субъектов РФ.

Устав Новгородской области в ст. 4 называет референдум высшей формой народовластия: «Высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы», а статья 61 закрепляет его как «форму непосредственного участия населения в осуществлении местного самоуправления» [35].

Вторая группа. Нормы, закрепляющие право граждан на участие в референдуме. Это ст. 30 Конституции Адыгеи, ст. 100 Конституции Республики Алтай, ст.ст. 22 и 23 Устава Амурской области, ст. 18— 19 Устава Липецкой области, ст. 31 Конституции Мордовии, ст. 32 Конституции Республики Марий Эл, ст. 16 Устава Новосибирской области.

Устанавливается перечень вопросов, которые могут быть решены референдумом. В статье 24 Устава Амурской области устанавливаются рамки, в которых могут быть сформулированы вопросы референдумов в области и закреплен перечень вопросов, решение которых не может быть произведено с использованием института референдума.

Нормы, закрепляющие виды референдумов. В Конституции Республики Алтай, например, восприняты три основания для классификации референдумов: по территории проведения, по предмету и по императивности проведения.

Отсылочные нормы указывают на наличие специального законодательства. Устанавливаются полномочия по принятию акта, регулирующего процедуру подготовки и проведения референдума.

Третья группа норм, устанавливающих механизм реализации права на референдум.

Устанавливаются полномочия по назначению референдума. В статье 70,1 Конституции Адыгеи к ведению Совета Представителей Государственного Совета — Хасэ Республики Адыгея относится назначение референдума Республики Адыгея. Статьей 26 Устава Амурской области устанавливается вид акта, которым назначается референдум области и орган, его назначающий: «Постановление о назначении референдума области принимает областной Совет народных депутатов».

Закрепляются иные субъекты, участвующие в процедуре подготовки и назначения референдума.

Регулируются элементы механизма подготовки и проведения референдума. Например, статья 26 Устава Амурской области устанавливает максимальный срок проведения областного референдума: «Референдум должен быть проведен в течение трех месяцев после принятия требования депутатов, предложения Главы Администрации области или передачи в областной Совет народных депутатов необходимого количества подписей под требованием о его проведении».

В Уставе Липецкой области (ст. 22) закрепляются принципы проведения

Встречаются нормы, регулирующие стадию подведения итогов голосования. В Уставе Амурской области устанавливается кворум для при-знания референдума состоявшимся, а вопроса, вынесенного на него — принятым: «

Приняты законы «Об областном и местном референдуме в Омской области», «О референдумах в Пермской области» от 22.03.96 г., «О референдумах в Саратовской области» от 22 октября 1996 (в ред. Законов Саратовской области от 06.04.1999 г.) [45], Закон Самарской области «О референдумах в Самарской области» от 31 декабря 1996 года (в ред. Законов Саратовской области от 06.04.1999 г.) [44], закон Краснодарского края «О референдумах в Краснодарском крае» № 606 КЗ от 23 июля 2003 г. (в ред. ФЗ от 29.04.2005 N 860-КЗ ) [54].

Порядок проведения местного референдума регулируется в Краснодарском крае Уставом Краснодарского края [44], Законом Краснодарского края «О местном референдуме» № 109-КЗ от 09 декабря 1997 г ( в ред. ФЗ от 8 апреля 2003 № 571-КЗ) [53], Законом Краснодарского края «О местном самоуправлении в Краснодарском крае» № 717-КЗ от 25 мая 2004 г. [55].

Так, например, отдельные законы — закон субъекта о референдуме субъекта и закон о местном референдуме приняты в областях: Рязанской, Ростовской, Псковской, Оренбургской; в Республиках: Башкортостан, Бурятия, Марий Эл, Мордовия, Саха, Чувашия; в Краснодарском, Красноярском, Приморском краях.

В Нижегородской, Новосибирской, Новгородской, Мурманской, Орловской, Сахалинской областях; в Чувашской Республике, Республиках Хакасия, Адыгея, Да\-гестан, Калмыкия, Кабардино-Балкария, Карелия, Татарстан, в Ставропольском и Хабаровском краях законом регулируется один из видов референдумов.

Встречаются законы, регулирующие различные виды референдумов. Например, Закон Удмуртской Республики «О местном референдуме и мест-ных консультативных референдумах Удмуртской Республики» от 16.01.1998 г. с изм. от 29.11.2000 г. [46], Закон Удмуртской Республики «О референдуме Удмуртской Республики» от 18.12.2002г. [47].

Принимаются законы, регулирующие отдельные стадии или этапы референдумного процесса.

В качестве примера законов, регулирующих статус отдельных субъектов референдумного процесса, можно привести законодательство об избирательных комиссиях субъектов, которые, как известно, участвуют в подготовке и проведении референдумов [48]. Например, закон Краснодарского края от 08.04.03 г. «О системе избирательных комиссий, комиссий референдума в Краснодарском крае» [51].

Анализ уставов муниципальных образований показал, что регулирование происходит по аналогичным с федеральным уровнем и уровнем субъектов Российской Федерации направлениям,

муниципального образования, регулирующих процедуру подготовки и проведения референдума муниципального образования, позволит прийти к выводу о том, что в актах данной группы регулируются основные стадии референдумного процесса. В качестве примера можно привести Положение о референдуме в городе Ижевске от 18 декабря 1997 г., Положение «О референдуме в городе Ставрополе» от 26.09.2001 г. [60], Положение «О местном референдуме муниципального образования города Благовещенска» от 10 января от 1996 г. [61].

Третья группа — акты соответствующих уполномоченных органов по регулированию отдельных стадий муниципального референдума, как правило, акты по назначению референдума муниципального образования.

К уполномоченным для этой процедуры органам относятся органы муниципального образования: главы муниципальных образований, представительные органы и соответствующие избирательные комиссии.

Примером таких актов, назначающих референдум муниципального образования, являются Постановление администрации города Перми от 22 сентября 1997 г. № 1585 «О проведении городского референдума 14 декабря 1997 года»; Решения Думы города Благовещенска от 10 января 1996 года «О проведении в с. Беломорье местного референдума» [58], Городской Думы города Ижевска Удмуртской Республики от 10 апреля 1996 г. «О проведении референдума на территории города Ижевска» [59], Совета депутатов города Дзержинский Московской области от 11 октября 2001 г. «О назначении местного референдума» [60].

Исследование практики использования института референдума в современной России начнем с федерального уровня.

Как известно, Федеральный конституционный закон «О референдуме Российской Федерации» [6] принят в октябре 1995 года и не был применен на практике в полном объеме, хотя он постоянно «работает» в связи с возникающими время от времени инициативами граждан о проведении общероссийского голосования по тем или иным вопросам.

Как правило, с предложениями о проведении референдума Российской Феде-рации либо с вопросами о возможности его проведения по тому или иному вопросу граждане обращаются в Центральную избирательную комиссию РФ. В 1997 году по-ступило два подобных сообщения, в 1998 году — четыре [133] ; в 1999 году — было девять инициирований всероссийского референдума, не прошедших ту или иную ступень для назначения и проведения всероссийского референдума Президентом России [129], в 2000 году — одна, но широкомасштабная и широко освещаемая в прессе.

Так, в ЦИК России поступили два обращения по вопросам [133, 59], которые можно назвать однотипными: они касались проведения референдума Российской Федерации об изменении статуса Чеченской Республики и города Санкт-Петербурга соответственно. В обоих случаях было дано разъяснение, что в соответствии со статьей 3 Федерального конституционного закона «О референдуме Российской Федерации» на общероссийский референдум не могут выноситься вопросы, связанные с изменением статуса субъектов Федерации.

В 1999 году несколько обращений инициативных групп об инициировании общероссийского референдума не были зарегистрированы в связи с тем, что вопрос, предлагаемый на референдум, нарушал требования Федерального конституционного закона «О референдуме Российской Федерации» [6] и противоречил Конституции России.

Некоторые инициативы, пройдя первый этап регистрации инициативной группы, по тем или иным основаниям не довели начатое до логического завершения. Например, инициаторы общероссийского референдума по введению смертной казни за незаконное производство и распространение наркотиков не собрали необходимого количества голосов, а инициаторы общероссийского референдума по образованию единого государства между Россией и Беларусью прекратили сбор подписей инициаторами в связи с подготовкой к подписанию Союзного договора.

Вторая массовая акция по инициированию всероссийского референдума поддерживалась несколькими природоохранными организациями, в т.ч. российским отделением Гринписа и Фонда дикой природы.

Учитывая общественную поддержку вышеуказанной инициативы, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации обратилась к Президенту Российской Федерации и Федеральному Собранию с просьбой принять это во внимание при внесении и рассмотрении соответствующих законопроектов.

Инициаторы выдвижения в этот раз пошли по нетрадиционному пути и вначале пытались обжаловать в судах субъектов РФ постановления ИКС о результатах проверки подписных листов, собранных на территории соответствующих субъектов РФ, которые были лишь после визуального обозрения, а не проверки, учтены ЦИКом РФ и внесены в итоговый протокол проверки всех подписных листов в поддержку инициативы референдума.

Затем и постановление ЦИК РФ было обжаловано в Верховном Суде РФ. Ни один из судов не удовлетворил жалоб, тем самым подтвердив правомерность подходов избирательных комиссий к проверке подписей граждан.

Несмотря на то, что с принятием Федерального конституционного закона «О референдуме Российской Федерации» не было проведено ни одного референдума, не действующим закон назвать нельзя.

Рассмотрим особенности механизма использования института референдума на уровне субъектов Российской Федерации.

Например, большой интерес пресса проявила к инициативе некоторой части жителей города Санкт-Петербурга по проведению референдума о недоверии администрации города Санкт-Петербурга и его губернатору В. Яковлеву. По сообщению Интерфакса, избирательная комиссия города зарегистрировала 08.04.97 г. инициативную группу по проведению общегородского референдума, на котором жителям города предлагалось ответить на два вопроса: «Согласны ли Вы, что проводимая губернатором Санкт-Петербурга В. Яковлевым социально-экономическая политика снизила Ваш жизненный уровень?» и «Считаете ли вы, что губернатор В. Яковлев должен уйти в отставку?».

На референдум могут быть вынесены вопросы административного деления.

В Ульяновской области рассматривается вопрос о реорганизации области, инициируемый губернатором, желающим изменить структуру районов области.

Общеизвестно, что история становления границ территории области далеко не проста. После своего основания в 1648 году Симбирск и причисленные к нему слободы, поселения и земли образовали Симбирский уезд, который административно подчинялся Казани, находясь в ведении Приказа Казанского Дворца, территория нынешней Ульяновской области неоднократно переподчинялась и реорганизовывалась.

Даже если обратиться к советскому периоду, начиная с 1927 года территория неоднократно видоизменялась. Глава региона не раз публично заявлял о том, что районы надо укрупнять, напоминая, что в 60-е годы в Ульяновской области их было всего около 10.

Как известно, изменение административно-территориального деления области можно осуществить только через волеизъявление населения районов в форме референдума.

Возможно проведение по экологическим вопросам.

К анализу практики местных референдумов в Российской Федерации [109, 39]. Местные референдумы в России получили широкое распространение в конце 80-х — начале 90-х годов для решения различных вопросов местного значения.

Период становления органов местного самоуправления характеризовался недостаточным правовым регулированием. До сентября 1997 года действовал Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации», который не содержал единых требований к проведению местных референдумов. Отдельные нормы содержались в Федеральном законе «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». В ряде субъектов отсутствовали законы о местных референдумах. В дальнейшем, после принятия Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», региональное законодательство о местных референдумах не соответствовало федеральному законодательству.

За 2000 год и первое полугодие 2001 года было назначено 25 местных референдумов. Из них не состоялись по разным причинам. Вопреки действующему законодательству и природе местного самоуправления сегодня редко в уставах муниципальных образований закрепляется перечень вопросов, решение которых возможно лишь путем референдума.

Тем не менее, референдумы на местном уровне вопреки отсутствию политических традиций и сложностям финансирования проводятся. Практика использования референдумов на муниципальном уровне показывает два наиболее часто выносимых на всенародное голосования вида вопросов. Проводились референдумы и в других субъектах Российской Федерации по объединению территорий в единое муниципальное образование с различными результатами. Так, в Красноярском крае проводились референдумы Северо-Енисейского района и Ужурского района. Оба они состоялись и вопросы, вынесенные на них, были решены положительно.

На местных референдумах, принимаются Уставы муниципальных образований, а также происходит их корректировка. В Красноярском крае в марте 2000 года проводился референдум в Ермаковском районе о внесении изменений и дополнений в Устав, в Мурманской области — местный референдум города Мончегорска о внесении изменений и дополнений в Ус-тав города [140].

В эту же группу вопросов, наиболее часто выносимых на местные референдумы в России, входят вопросы о структуре органов местного самоуправления и способе их формирования, досрочного отзыва.

Использовался референдум и как способ досрочного прекращения полномочий выборных должностных лиц, в основном, глав муниципальных образований. Например, кампания по отзыву мэра города Славгорода (Алтайский край) в 1997 году. Городская избирательная комиссия г. Славгорода признала действительными подписные листы, составленные жителями города, потребовавшими отозвать с занимаемой должности мэра города и назначить дату проведения новых выборов. О структуре органов местного самоуправления проводились референдумы в Мурманской, Нижегородской областях.

Вторая группа вопросов, выносимых на местный референдум — вопросы местного значения. В эту группу входят вопросы по решению территориальных споров, экологические. Используется референдум и для решения иных вопросов местного значения. Так, например, бывают «экологические» референдумы. Проводился местный референдум в городе-курорте Геленджике по вопросу строительства грузового порта в Геленджикской бухте Краснодарского края — март 2000 года [140]. Было образовано 38 участков референдума и сформировано 38 участковых комиссий референдума. В голосовании приняло участие 41495 человек ( 65,54%). Было принято решение о том, что строительство грузового порта нанесет непоправимый ущерб экологии бухты и развитию города-курорта.

Подводя итог анализу института становления референдума в современной России на разных уровнях и практики его использования, можно сделать следующий вывод. Нормативное регулирование, и естественно, практика проведения референдума в России далеки от уровня, присущего демократическому и правовому государству. Темпы становления института референдума в силу объективных, а порой и субъективных причин, медленны и неудовлетворительны. Но те небольшие шаги, которые сделаны, вселяют надежду на укоренение в нашей стране этого института прямой демократии.

Выделяют следующие стадии: инициирование референдума; назначение референдума; подготовка референдума; проведение референдума; реализация решения референдума.

Как показывает анализ механизма реализации права граждан на участие в референдуме, содержание стадий референдумного процесса следующее:

Первая стадия — «инициирование референдума» содержит следующие этапы: народная инициатива (инициативы иных субъектов); информирование граждан; агитация «за» проведение референдума.

Третья стадия — «подготовка референдума» включает в себя такие этапы: всенародное (народное) обсуждение, финансирование, формирование комиссий референдума, нарезание участков, агитационные мероприятия, техническая подготовка, информирование граждан.

Четвертая стадия — «проведение референдума» состоит из следующих этапов: голосование; досрочное голосование (при проведении федерального референдума), подведение итогов голосования; повторное голосование (при проведении федерального референдума), информирование граждан.

Пятая стадия — «реализация решения референдума»: исполнение решения референдума; информирование граждан, ответственность за нарушение законодательства о референдуме, за неисполнение решения референдума.

Комментирование закрыто.

Вверх страницы
Statistical data collected by Statpress SEOlution (blogcraft).
->