ЭКОНОМИЧЕСКОЕ УЧЕНИЕ ДЖ.М. КЕЙНСА

Мировой экономический кризис 1929—1933 гг. обрушился с колоссальной силой как на развитые, так и на неразвитые в промышленном отношении страны1. Поэтому совершенно очевидно, что, поскольку «сила» неоклассической теории конца XIX — начала XX в. распространялась главным образом на микроэкономический анализ, в условиях нетипичного, можно сказать, кризиса, сопровождавшегося всеобщей безработицей, стал необходим еще и иной — макроэкономический анализ, к которому, в частности, обратился один из величайших экономистов XX столетия английский ученый Дж.М. Кейнс.2

Одновременно, начиная с 30-х гг., как сказал Н. Кондратьев, в области, «социальной экономии» мы наблюдаем «острую борьбу экономистов около вопросов государственного вмешательства и свободы хозяйственной деятельности, трестирования и синдицирования, протекционизма и фритредерства»3. А возникшие в этой связи новые проблемы научных исследований вплоть до наших дней не теряют своей актуальности, ибо основное их содержание — это государственное регулирование экономики в рыночном хозяйстве. С тех пор берут свое начало нацеленные на решение этих, проблем теории, которые с высот сегодняшней науки правомерно подразделить на два направления. Одно из этих направлений опирается на учение Дж.М. Кейнса и его последователей, и рекомендуемые ими меры государственного вмешательства в экономические процессы называют, как правило, кейнсианскими. Другое направление обосновывает альтернативные кейнсианству концепции, авторов которых принято называть неолибералами.

Джон Мейнард Кейнс (1883—1946) — выдающийся ученый-экономист современности. Он учился у не менее именитого ученого, основателя Кембриджской школы экономической мысли А. Маршалла. Но, вопреки ожиданиям, не стал его наследником, едва не затмив славу своего учителя.

Своеобразное осмысление последствий самого длительного и тяжелого экономического кризиса 1929—1933 гг., охватившего многие страны мира, отразилось в совершенно неординарных в тот период положениях изданной Дж.М. Кейнсом в Лондоне книги под названием «Общая теория занятости, процента и денег» (1936)1.

Незаурядные способности к математике, обнаруженные еще в школе, стали ему важным подспорьем в годы учебы в Итоне и Королевском колледже в Кембридже, где он учился с 1902 по 1906 г. Причем ему довелось слушать «особые» лекции самого А. Маршалла, по инициативе которого, как уже упоминалось, в Кембриджском университете с 1902 г. был введен курс «экономике» вместо «политической экономии» в традициях классической школы. С 1906 по 1908 г. он являлся сотрудником в министерстве, проработав в первый год в военном отделе, а в дальнейшем — в отделе доходов, статистики и торговли Управления по делам Индии.

В 1908 г. по приглашению А. Маршалла ему предоставляется возможность прочитать курс лекций по экономической проблематике в Королевском колледже, после чего с 1909 по 1915 г. занимается здесь же преподавательской работой на постоянной основе одновременно и как экономист, и как математик.

Уже первая его экономическая статья под названием «Индексный метод» (1909) вызвала оживленный интерес; ее отмечают даже призом Адама Смита.

Достаточно скоро Дж.М. Кейнс получает и общественное признание. Так, с 1912 г. он становится редактором «Экономического журнала», сохранив за собой этот пост до конца жизни. В 1913—1914 гг. является членом Королевской комиссии по финансам и денежному обращению Индии. Еще одним назначением этого периода стало утверждение его в качестве секретаря королевского экономического общества. Наконец, широкую популярность принесла ему и первая, изданная в 1913 г., книга «Денежное обращение и финансы Индии».

Далее популярный в своей стране ученый-экономист Дж.М. Кейнс дает согласие перейти на службу в британское казначейство, где с 1915 по 1919 г. занимается проблемами международных финансов, выступает нередко в качестве эксперта в финансовых переговорах Великобритании, проводившихся на уровне премьер-министра и канцлера казначейства. В частности, в 1919 г. он являлся главным представителем казначейства на мирной конференции в Париже и одновременно представителем британского министра финансов в Высшем экономическом совете Антанты. В том же году изданная им книга «Экономические последствия Версальского мирного договора» приносит ему всемирную известность; ее переводят на различные языки1.

Затем Дж.М. Кейнс на значительный период оставляет службу в государственных учреждениях, сосредоточившись на преподавательской работе в Кембриджском университете и подготовке научных публикаций. В их числе появляются «Трактат о вероятности» (1921), «Трактат о денежной реформе» (1923), «Экономические последствия мистера Черчилля» (1925), «Конец свободного предпринимательства» (1926), «Трактат о деньгах» (1930) и некоторые другие, приближавшие великого ученого к самому главному вышедшему в 1936 г. труду — «Общей теории»2.

К активной общественно-политической деятельности Дж.М. Кейнс возвращается в конце 1929 г., когда с ноября того же года его назначают членом правительственного комитета финансов и промышленности. В годы второй мировой войны (в 1940 г.) он назначается советником британского казначейства. В 1941 г. его включают в состав английской правительственной делегации для участия в подготовке материалов по договору ленд-лиза и других финансовых документов с правительством США.

Следующий — 1942 г. стал годом назначения на пост одного из директоров английского банка. В 1944 г. он утверждается главным представителем своей страны на Бреттон-Вудской валютной конференции, которая разработала планы создания Международного валютного фонда и Международного банка восстановления и развития, а затем назначается одним из членов правлений этих международных финансовых организаций. Наконец, в 1945 г. Дж.М. Кейнс вновь возглавляет английскую финансовую миссию — на этот раз в США — для проведения переговоров в связи с окончанием помощи по ленд-лизу и согласованием условий для получения у США крупного займа.

По оценкам многих экономистов, «Общая теория» Дж.М. Кейнса явилась поворотным пунктом в экономической науке XX в. и во многом определяет экономическую политику стран и в настоящее время.

Ее главная и новая идея состоит в том, что система рыночных экономических отношении отнюдь не является совершенной и саморегулируемой и что максимально возможную занятость и экономический рост может обеспечить только активное вмешательство государства в экономику.

Восприятие этой идеи прогрессивной общественностью как должной и правильной обусловлено, по словам современного Американского экономиста Дж. К. Гэлбрейта, тем, что «к 30-м гг. тезис о существовании конкуренции между многими фирмами, которые неизбежно являются мелкими и выступают на каждом рынке, стал несостоятельным»1, поскольку «неравенство, возникающее в результате существования монополии и олигополии, распространяется на сравнительно узкий круг людей и в силу этого в принципе может быть исправлено вмешательством государства» 1.

Во многом аналогичным образом расценивают главную идею великого труда Дж.М. Кейнса и многие другие ученые, в их числе М. Блауг2 и др.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

2. ПРЕДМЕТ И МЕТОД ИЗУЧЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО УЧЕНИЯ ДЖ.М. КЕЙНСА

 

Новаторство экономического учения Дж.М. Кейнса в части предмета изучения и в методологическом плане проявилось, во-первых, в предпочтении макроэкономического анализа микроэкономическому подходу, сделавшего его основоположником макроэкономики как самостоятельного раздела экономической теории, и, во-вторых, в обосновании (исходя из некоего «психологического закона») концепции так называемого «эффективного спроса», т.е. потенциально возможного и стимулируемого государством спроса1.

Опираясь на собственную, «революционную» по тем временам методологию исследования Дж.М. Кейнс в отличие от своих предшественников и наперекор господствовавшим экономическим воззрениям утверждал о необходимости недопущения с помощью государства урезания заработной платы как основного условия ликвидации безработицы, а также о том, что потребление ввиду психологически обусловленной склонности человека к сбережению растет гораздо медленнее доходов.

По Кейнсу, психологическая склонность человека сберегать определенную часть дохода сдерживает увеличение дохода из-за сокращения объема капиталовложений, от которых зависит перманентное получение доходов2. Что касается предельной склонности человека к потреблению, то она, по мнению автора «Общей теории», якобы постоянна и может поэтому обусловливать устойчивое соотношение между увеличением инвестиций и уровнем дохода3.

Сказанное свидетельствует о том, что в методологии исследования Дж.М. Кейнса учитывается немаловажное влияние на экономический рост и неэкономических факторов, как-то: государство (стимулирующее потребительский спрос на средства производства и новые инвестиции) и психология людей (предопрееляющая степень осознанных взаимоотношений хозяйствующих субъектов). Вместе с тем кейнсианское учение являет собой по преимуществу продолжение основополагающих методологических принципов неоклассического направления экономической мысли, поскольку и сам Дж.М. Кейнс, и его последователи (впрочем, как и неолибералы), следуя идее «чистой экономической теории», исходят из приоритетного значения в хозяйственной политике общества прежде всего экономических факторов, определяя выражающие их количественные показатели и связи между ними, как правило, на базе методов предельного и функционального анализа, экономико-математического моделирования,

Дж.М. Кейнс не отрицал влияния меркантилистов на созданную им концепцию государственного регулирования экономических процессов. Его общие с ними суждения очевидны и заключаются:

  • в стремлении увеличения массы денег в стране (как средство их удешевления и соответственно снижения ставок ссудного процента и поощрения инвестиций в производство);
  • в одобрении роста цен (как способ, стимулирующий расширение торговли и производства);
  • в признании того, что недостаток денег служит причинойбезработицы;
  • в понимании национального (государственного) характера экономической политики.

В «Общей теории» Дж.М. Кейнса отчетливо прослеживается мысль о нецелесообразности чрезмерной бережливости и накопительства и, наоборот, возможной пользе всемерного расходования средств, поскольку, как полагал ученый, в первом случае средства, скорее всего, приобретут неэффективную ликвидную (денежную) форму, а во втором — могут быть направлены на увеличение спроса и занятости1. Он также резко и аргументированно критикует тех экономистов, которые привержены догматическим постулатам «закона рынков» Ж.Б. Сэя и другим сугубо «экономическим» законам, называя их представителями классической школы.

В данной связи Дж.М. Кейнс, в частности, писал: «Со времен Сэя и Рикардо экономисты-классики учили: предложение само порождает спрос… что вся стоимость продукции должна быть израсходована прямо или косвенно на покупку продуктов» 1. На основании подтверждающих данный тезис выдержек из «Основ политической экономии» Дж.С. Милля и «Чистой теории национальных стоимостей» А. Маршалла Дж.М. Кейнс заключает, что у классиков и их преемников «теория производства и занятости может быть построена (как у Милля) на основе натурального обмена; деньги же никакой самостоятельной роли в экономической жизни не играют», поэтому «закон Сэя… равносилен предположению, что не существует препятствий к достижению полной занятости».2.

Суть «Основного психологического закона» Дж.М. Кейнса такова: «Психология общества такова, что с ростом совокупного реального дохода увеличивается и совокупное потребление, однако не в такой же мере, в какой растет доход»3. И в этом определении его недвусмысленная теоретико-методологическая позиция, в соответствии с которой для выявления причин неполной занятости и неполной реализации, неравновесности экономики, а также для обоснования методов ее внешнего (государств иного) регулирования «психология общества» имеет не меньшее значение, чем «законы экономики».

В частности, поэтому Дж.М. Кейнс утверждает, что «воспитание… государственных деятелей на принципах классической политической экономии» не позволит им «выбрать какой-либо лучший путь», стимулирующий увеличение богатства, кроме как надежда на «сооружение пирамид, землетрясения, даже войны»4. Отсюда, по его мнению, «если только психологические склонности участников экономического процесса действительно оказываются примерно такими, какими мы их здесь предполагали, то можно считать, что существует закон, согласно которому расширение занятости, непосредственно связанное с инвестициями, неизбежно должно оказать стимулирующее влияние на те отрасли, которые производят потребительские блага, и, таким образом, повести к увеличению совокупной занятости, причем такое увеличение превосходит прирост первичной занятости, непосредственно связанной с дополнительными инвестициями» 1.

Между тем наращивание инвестиций и обусловленный этим рост национального дохода и занятости населения может рассматриваться как целесообразный экономический эффект. Последний, получивший в экономической литературе название эффекта мультипликатора, означает, что «увеличение инвестиций приводит к увеличению национального дохода общества, причем на величину большую, чем первоначальный рост инвестиций»22. В специфичной разгадке механизма этого «эффекта» заключается ответ на вопрос, почему в научных изысканиях Дж.М. Кейнса столь много внимания уделено концепции мультипликатора, которую, по его словам, ввел в экономическую теорию еще в 1931 г. Р.Ф. Кан.

Однако, характеризуя «мультипликатор занятости» Р.Ф. Кана как показатель, позволяющий измерять «отношение между увеличением совокупной занятости в отраслях, непосредственно связанных с инвестициями», рекомендуемый собственный коэффициент Дж.М. Кейнс назвал «мультипликатором инвестиций», который в отличие от мультипликатора Р.Ф. Кана характеризует положение о том, что «когда, происходит прирост общей суммы инвестиций, то доход увеличивается на сумму, которая в К раз превосходит прирост инвестиций»2. Причина такого положения, подчеркивает Дж.М. Кейнс, заключается в постоянно упоминаемом им же «психологическом законе», в силу которого «по мере того, как реальный доход возрастает, общество желает потреблять постоянно уменьшающуюся его часть».

Далее он приходит к выводу о том, что «принцип мультипликатора позволяет дать общий ответ на вопрос о том, каким образом колебания инвестиций, составляющих относительно небольшую долю национального дохода, способны вызывать такие колебания совокупной занятости и дохода, которые характеризуются гораздо большей амплитудой» 1. Но, по его убеждению, «хотя в бедном обществе размеры мультипликатора сравнительно велики, влияние колебаний в размерах инвестиций на занятость окажется много сильней в богатом обществе, так как можно предположить, что именно в последнем текущие инвестиции составляют гораздо большую долю текущей продукции»2.

Итак, теоретическая суть эффекта мультипликатора действительно достаточно проста.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

3. КЕЙНСИАНСКИЕ МЕРЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ЭКОНОМИКИ

 

Итогом своего исследования Дж.М. Кейнс считал создание качественно новой экономической теории. Последняя, на его взгляд, «указывает на жизненную необходимость создания централизованного контроля в вопросах, которые ныне в основном предоставлены частной инициативе… Государство должно будет оказывать свое руководящее влияние на склонность к потреблению частично путем соответствующей системы налогов, частично фиксированием нормы процента и, возможно, другими способами» 1, ибо «именно в определении объема занятости, а не в распределении труда тех, кто уже работает, существующая система оказалась непригодной»2. Вот почему, по убеждению Дж.М. Кейнса, «учреждение централизованного контроля, необходимого для обеспечения полной занятости, потребует, конечно, значительного расширения традиционных функций правительства… Но все же остаются широкие возможности для проявления частной инициативы и ответственности»31.

Эффективность регулирования государством экономических процессов, на взгляд Дж.М. Кейнса, зависит от изыскания средств под государственные инвестиции, достижения полной занятости населения, снижения и фиксирования нормы процента. Он писал: «Рикардо и его преемники просмотрели тот факт, что даже в долгосрочном периоде занятость не обязательно стремится к уровню полной занятости, что уровень занятости может изменяться и что каждой отдельной банковской политике соответствует отличающийся от других уровень занятости. Таким образом, существует много состояний долгосрочного равновесия, соответствующих различным мыслимым вариантам процентной политики органа, регулирующего денежную систему»3.

Как полагал Дж.М. Кейнс, государственные инвестиции в случае их нехватки должны гарантироваться выпуском дополнительных денег, а возможный дефицит бюджета будет предотвращаться возрастанием занятости и падением нормы процента. Иначе говоря, по концепции Дж.М. Кейнса, чем ниже норма ссудного процента, тем выше стимулы к инвестициям, к росту уровня инвестиционного спроса, что, в свою очередь, расширяет границы занятости, ведет к преодолению безработицы. При этом исходным для себя он считал такое положение о количественной теории денег, в соответствии с которым в реальной действительности «вместо постоянных цен при наличии неиспользованных ресурсов и цен, растущих пропорционально количеству денег в условиях полного использования ресурсов, мы практически имеем цены, постепенно растущие по мере увеличения занятости факторов» 1.

В этой связи М. Блауг пишет: «Для Кейнса полная занятость зависит от правильного соотношения процентной ставки и заработной платы и может быть достигнута скорее путем понижения первой, чем сокращения второй. Фундаментальная причина безработицы у Кейнса состоит в том, что ставка процента в долгосрочной перспективе остается слишком высокой…»2. Вместе с тем, по Блаугу, «согласно кейнсианской теории удвоение денежной массы не приводит к удвоению уровня цен, но при этом воздействует на процентную ставку… потому, что кейнсианская функция спроса на деньги, в частности спекулятивного, учитывает «денежную иллюзию» или реакцию индивидов на любое, даже номинальное, изменение запасов наличности».

И резюмируя свою позицию по отношению к учению Дж.М. Кейнса, М. Блауг восклицает: «Кейнсианская революция действительно имела место»3

 

 

 

 

4. НЕОКЕЙНСИАНСКИЕ ДОКТРИНЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ЭКОНОМИКИ

 

В современном кейнсианстве доминируют две тенденции: американская, связанная с именами ряда экономистов США, и европейская, связанная прежде всего с исследованиями французских экономистов.

В числе американских последователей учения Дж.М. Кейнса чаще всего упоминаются Э. Хансен, С. Харрис, Дж.М. Кларк и др. Они, опираясь на учение Дж.М. Кейнса, считали целесообразным увеличение налогов с доходов населения (до 25% и более), увеличение размеров государственных займов и выпуска денег для покрытия расходов государства (даже если это увеличит инфляцию и дефицит государственного бюджета).

Еще одним «дополнением» в кейнсианство является «замена» метода перманентного регулирования и направления частных и государственных инвестиций на метод маневрирования государственными расходами в зависимости от экономической конъюнктуры. Так, в периоды подъема экономики инвестиции ограничиваются, а в периоды замедления или спада — увеличиваются (несмотря на возможный бюджетный дефицит).

Наконец, если Дж.М. Кейнс в своей теории опирался на принцип мультипликатора, который означает, что рост доходов сопровождается снижением роста инвестиций, то в США (по теории Э.Хансена) был выдвинут дополнительный принцип— принцип акселератора, означающий, что рост доходов в конкретных случаях может и увеличивать инвестиции. Смысл дополнения в следующем: некоторые виды оборудования, машин и механизмов имеют сравнительно длительный срок производства, и ожидание этого срока психологически влияет на расширение производства требуемого оборудования или машин в объемах, превышающих реальный спрос, а значит, растет и спрос на инвестиции,

Экономисты Франции (Ф. Перру и др.) сочли необязательным положение Дж.М. Кейнса о регулировании ссудного процента как средства стимулирования новых инвестиций. Полагая, что именно корпорации с преобладанием доли государственной собственности являются доминирующей и координирующей силой общества, они акцентировали внимание на применении индикативного метода планирования экономики как определяющего средства воздействия на незатухание инвестиционного процесса. При этом индикативное планирование рекомендуется с целью постановки обязательных задач только для государственного сектора общественного хозяйства и долгосрочных достижимых прогнозов для экономики в целом; альтернативное индикативному императивное планирование рассматривается как директивное, социалистическое и потому считается недопустимым.

В 50-е гг. некоторые сторонники основных идей экономического учения Дж.М. Кейнса и его последователей в части обоснования необходимости и возможности государственного регулирования экономики (из-за отсутствия в условиях стихийного рынка равновесия между спросом и предложением) восприняли эти идеи в качестве исходной позиции для разработки новых теорий, суть которых сводилась к выяснению и обоснованию механизма постоянных темпов экономического роста. В результате возникли так называемые неокейнсианские теории роста, основанные на учете системы «мультипликатор-акселератор» и моделировании экономической динамики с использованием характеристик взаимосвязи между накоплением и потреблением.

Главными представителями упомянутых теорий экономическое го роста стали профессор Массачусетского технологического-института Евсей Домар (род. в 1914 г.) и профессор Оксфордского университета Роберт Харрод (1890—1978). Их теории (модели) объединяет общий вывод о целесообразности постоянного (устойчивого) темпа экономического роста как решающего условия динамического равновесия (поступательного движения) экономики, при котором достижимы полное использование производственных мощностей и трудовых ресурсов. Другим положением модели Харрода—Домара является признание предпосылки о постоянстве в длительном периоде таких параметров, как доля сбережений в доходах и средняя эффективность капиталовложений. И третье сходство состоит в том, что оба автора достижение динамического равновесия и постоянного роста считали не автоматически возможным, а результатом соответствующей государственной политики, т.е. активного государственного вмешательства в экономику,

Отличительные признаки в моделях Е. Домара и Р. Харрода обусловлены лишь некоторым различием в исходных позициях построения модели. Так, в основе модели Р. Харрода лежит идея о равенстве инвестиций и сбережений, а в модели Е. Домара исходным считается равенство денежного дохода (спроса) и производственных мощностей (предложения).

Вместе с тем и Е, Домар, и Р. Харрод едины в своих убеждениях о действенной роли инвестиций в обеспечении роста дохода, увеличении производственных мощностей, полагая, что рост дохода способствует увеличению занятости, которая, в свою очередь, предотвращает возникновение недогрузки предприятий и безработицу. Это убеждение является выражением безусловного признания этими авторами кейнсианской концепции о зависимости характера и динамики экономических процессов от пропорций между инвестициями и сбережениями, а именно: опережающий рост первых— причина повышения уровня цен, а вторых— причина недогрузки предприятий, неполной занятости.

Из числа неординарных, но во многом обоснованных выводов о современном кейнсианстве примечателен вывод К. Ховарда и Г. Журавлевой, которые пишут так: «Реализация общей теории Дж. Кейнса на практике привела страны Запада к социалистической ориентации. К сожалению, каждая страна сделала это за счет увеличения своего обще государственного бюджетного дефицита. Дефициты западных стран сейчас огромны. Другой бедой этой политики стала нескончаемая инфляция. Центральная банковская система вынуждена была постоянно увеличивать денежную массу, чтобы удовлетворять ведущие к дефициту потребности правительства, и в результате это вело к инфляции»1. Впрочем, по Блаугу, эти проблемы являются естественным последствием из того, что «целью кейнсианской экономической теории было усилить настроение в пользу общественных работ, оставив бремя теоретических обоснований тем, кто пытался бы устранить безработицу путем снижения зарплаты»1.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Заслуга Кейнса состоит в том, что он предложил новый подход, разработал новую теорию регулирования производства и занятости. Он показал, что в современных условиях автоматического восстановления нарушенных пропорций между основными параметрами воспроизводственного процесса не происходит, рыночные регуляторы оказываются неспособными обеспечить равновесность.

Кейнс обратил внимание на то, что по мере роста общественного богатства проблема поддержания эффективного спроса становится все более сложной и актуальной. Все большую часть дохода люди склонны сберегать. Отождествление сбережения с накоплением не соответствует реальной практике. Сэкономленные рубли и доллары не переходят автоматически в накопляемую часть общественного продукта. Сбережения и инвестиции следует рассматривать раздельно. Если сбережения меньше инвестиций, то это будет сдерживать экономическую активность, притормаживать темпы роста; если сбережения больше инвестиций, то результат, очевидно, будет иным.

Теоретическое значение кейнсианских разработок заключается в том, что идеи и положения, высказанные Кейнсом, его терминология, методологические подходы к анализу макропроцессов вошли в арсенал современной науки и продолжают уточняться, углубляться сторонниками кейнсианской школы, оспариваться и трансформироваться ее противниками.

Кейнсианское учение оказало несомненное и мощное влияние на экономическую политику. В странах современного капитализма государство вмешивается в экономику в различных формах, в том числе использует для поддержания занятости и темпов экономического роста кейнсианские рецепты.

«Идеи Кейнса, очевидно, повлияли на тех, кто формирует экономическую политику. Однако не следует думать, что научная идея была бы способна оказать столь сильное влияние, если бы процессы социального развития не приготовили почву и не сделали политиков восприимчивыми к рекомендациям Кейнса»1.

Обращение Кейнса к макроэкономическому анализу стимулировало разработку системы национальных счетов в тесной увязке с практическими нуждами экономического регулирования. С идеями Кейнса неразрывно связаны разработка исходных положений антициклической политики, концепция дефицитного финансирования, система среднесрочного программирования.

Кейнсианская теория занимала господствующее положение со второй половины 30-х до начала 70-х гг. Изменившаяся хозяйственная ситуация, обострение инфляционных процессов в сочетании со стагнацией производства (стагфляцией) потребовали поиска новых инструментов и методов экономического регулирования.

Несмотря на усиление критики кейнсианской теории, она по-прежнему актуальна, помогает выработке результативной политики, не полагаясь на действие одних «естественных» сил.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

  1. Архитектор макроэкономики (Дж.М. Кейнс и его макроэкономическая теория) / Г. Пайда, О. Мамедов, Ж. Адилова и др. Ростов н/Д: Феникс, 1997.
  2. Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. 4-е изд. М.: Дело Лтд, 1994. Гл. 16.
  3. Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. М.: Дело Лтд, 1994.
  4. Брагинский С.В., Певзнер Я.А. Политическая экономия: дискуссионные проблемы, пути обновления. М.: Мысль, 1991.
  5. Браунинг П. Современные экономические теории — буржуазные концепции. М.: Экономика, 1987.
  6. ГэлбрейтДж. К. Экономические теории и цели общества. М.: Прогресс 1979.
  7. Кейнс Дж.М. Общая теория занятости, процента и денег //Антология экономической классики. М.: Эконов, 1993. Т. 2.
  8. Кейнс Дж.М. Экономические последствия Версальского мирного договора. М.—Л., 1924.
  9. Классики кейнсианства (Р.Харрод, Э.Хансен). В 2-х т. М.: Экономика, 1997.
  10. Кондратьев Н.Д. Избр. соч. М.: Экономика, 1993.
  11. Леонтьев В.В. Экономические эссе. Теории, исследования, факты и политика. М.: Политиздат, 1990.
  12. Носова С.С. Пути выхода из экономического кризиса: модели мультипликатора-акселератора. М.: Изд-во Рос. экон. акад., 1993. Самуэльсон П. Экономика. В 2-х т. М.: Алгон, 1992.
  13. Осадчая И, Кейнсианство сегодня (К 50-летию со дня смерти Дж.М. Кейнса) // МЭиМО. 1996. № 8.
  14. Селигмен Б. Основные течения современной экономической мысли. М.: Прогресс, 1968.
  15. Стиглиц Дж.Ю. Альтернативные подходы к макроэкономике: методологические проблемы и неокейнсианство //Мировая экономика и международные отношения. 1997. № 5, 6, 7.
  16. Ховард К., Журавлева Г. Принципы экономики свободной рыночной системы (Экономикс). М.: Златоуст, 1995.
  17. Шоню П. Экономическая история: эволюция и перспективы // THESIS. Зима 1993. Т. I. Вып. 1.

 

 

 

 

 


 

Комментирование закрыто.

Вверх страницы
Statistical data collected by Statpress SEOlution (blogcraft).
->